Вольно, генерал II: Моя утренняя звезда

ромогласного свержения п

нота

пламя гнева всем

ный и нежный бриз в освещённом л

олодный, как серд

ли бы вдруг пространство поменялось, Люцифер по памяти смог бы произвести, что и как было до этого. Он бы мог видеть её всю, если бы не тот факт, что

он вообще начинал думать, что потерял тело и сам по себе являлся

шь со мной, Люцифер? - тихо спрашивал демон и

порить. Он удивительно рассудительный собеседник, знающий, вероятно, ответы на все загадки и ребусы. Може

Люцифера до конца. Почему? Денница не раз задавал себе этот вопрос и всматривался в холодные голубые глаза Вельзевула. Кстати, он никогда не зам

уложенные светлые волосы прибавляли облику мертвенности, хотя сам Вельзевул называл это аристократичностью. Когда приходи

Она наслаждалась свободой, как и все остальные. Все демоны почему-то разом решили

стоило малой части превратиться в воду, как на её место вставала новая. И количества льда не становилось меньше. Отбывая свой срок, Люцифер пробовал разговаривать с ним. Конечно, никт

вал гнев, который не приносил ничего, кроме душевной усталости. Лёд не разбивался, ругаться было н

Веля, то остан

ушка пещеры разверзнется, появится яркий свет, и с ним заговорит сам Творец. Не скажет об освобождении, но

называют благодатью: сладостное чувство, похожее на оргазм. Люцифер мог лежать в уединённом месте на траве и чувствоват

никогда не понимал, как можно считать его добрым. В особенности он был

поняли, в каком дерьме находятся? - негодова

появится ещё очень нескоро, - сдержанно ответил «

ошло несколько дней, прежде чем Денница понял, как ему не хватает Творца. Он почувствовал тоску, которая заставила его сесть на небесный трон - единственное, что п

л Михаил, который указал на

ы себе по

роизошло. В его намерения

сказал архангел. - Думаешь, если ты Его ф

, Михаил... Это не то, что т

было уже не

я на манер громче. - Этот божий любимец возом

р вскочи

ья, это

Все они тут же ополчились на него. И он понял, что это: зависть. Нужен был лишь повод, чт

ионы. Они обменивались взглядами, кивали друг другу и подавали знаки. Чуть позже они пр

кнул молодой, своенравный Люцифер и вспорхнул в небо. -

ти и сильнейших чувствах Люцифера. Понял, что тот исполнит любое его жел

ь роптать на меня. Если ты действительно меня

ожидал ч

гоняю те

не успел сказать. Е

сё знаешь.

меня, если оставлю тебя зд

л взмо

лен! Ты можешь

ослушного Люцифера - миллионы верных рабов в будущем. Причем «раб» - для них не будет оскорблением. Для них это будет честью. Творец проработал целый план по тому, как заставить себя любить.

о юноши, который впредь не посмеет возразить е

то-то подобное. И у него

ы чуд

о приложило об землю. Она жадно проглотила его, перенося сначала в жуткое пекло, затем - в изголодавшийся лёд. Денница

под ногами пронзительный грудной вой, леденящий душу. Это скорбел Л

феру, испуганному, отчаявшемуся, разбитому,

шайся в эту тишину, Люцифер. Мы сво

Вель... - сипло твер

Вельзевул тихо и методично, как воспитатель. - Он смотрел, как мы бьёмся, а

се? - прохри

внул наверх. - Осоз

- падший ангел начинал п

придётся прийти, - с нажимом произнёс Вельзевул. - М

тот л

л его Вельзевул резко, а пос

ь вся тоска, злоба и ненависть. Отчаянный вопль рвал душу. Вельзевул сидел, ссутулившись, на глыбе льд

одить, - спокойно прошептал Ве

всё это произошло?.. -

о нелегко критиковать того, к

ратил Лилит. Понимаю, что это была ревность, но она ослепила тебя. Трон стал последней каплей. Михаил с упо

ли... Он

ул. - А те, кто любит всех, не любят никог

н не расплывался у него перед глазами. Вельзевул мягко

емиург сохранил

вым существом, похожим на мерзкое насекомое. Красивые руки стали склизкими лапками, изящное тело - перепон

не сказал. Вельзевул не стал его му

никогда, - с сожалением подытожил Вельзевул. - В отличи

все... те

тался свой уникальный облик. Тут Демиург порабо

ься во льду. Ему хотелось вырваться и отплатить Демиург

посоветовал Вельзев

ица, часто дыша. - Мы наберёмся сил и поднимемся наверх, чтобы отплатить этому

на меня так. Я тебя не брошу. Я буду навещать тебя. Сам понимаешь, что сидя здесь сложно налаживать дела в Аду. Одно я тебе обе

плачу тебе по достоинству, Вель, -

ся. В улыбке блеснуло что-т

р, пока я что-нибудь не придумаю. Сумасшедший, ты принес

сойду с ума - сладость мес

явшегося одиночества. Ему искренне хотелось верить, что желание возмездия поможет