Покров мести

о могло бы вывести её из зоны комфорта, а потом автоматически убрала в своей комнате. Её рутины были предсказуемыми, безопасными, и в её мире всё было в порядке с тем споко

казка, не могло подготовить её к

о почитать перед сном. Когда она подошла к двери своей квартиры, что-то странное её остановило. Дверь была приоткрыта. Она всегда была закрыта на ключ, который держал Хавьер, её парень. На протяжении многих лет эт

ый звук ветра, проникающего через щели в окнах. Однако, когда она пошла по коридору, её внимание привлек какой-то звук. Тихие смехи, приглушённые шёпоты. Это было

шевелиться. Там они были: Хавьер и Клара, её лучшая подруга, обнажённые, переплетённые в постели. Сцена казалась вырванной из кошмара, который Ана никогда не могла бы

нела, её глаза расширились, и на её лице промелькнуло чувство паники и стыда. Ана стояла там, парализованная, наблюдая за происходящим, пока боль охватывала её, как волна, которую невозможно остановить. Не было места д

чем-то ещё более греховным. Он попытался прикрыться, но не мог скрыть вину, отражавшуюся в

руки, пытаясь подойти. Но Ана отступила, как если

слова, которые могли бы исправить невозможное. Но в этот момент Ана его уже не слушала. Она бы

то оно было вне неё самой. Она закрыла глаза на момент, пытаясь найти хоть немного покоя, передохнуть, чтобы подумать ясно, но ничто не могло облегчить страдание, охватившее её грудь. Каждый

одолжали течь, они уже не имели значения. Её глаза горели сдержанным гневом, но также и измождённой усталостью. - Как ты можешь объясн

ей нужно было понять. Может быть, где-то глубоко в душе, она всё ещё надеялась, что объяснение будет чем-то, что она могла бы воспринять. Однако что-то подсказывало ей, что теперь уж

в своей подруге. Ана ощущала предательство в своей коже, в своих костях. Казалось, что воздух был наполнен ядом, ядом, который сжигал

ку, не с испугом, а с такой решимостью, которая удивила её саму. Она больше не собиралась слушать лжи, не собира

а, и вышла из комнаты. Ей не нужны были ответы, не нужны были объяснения. Боль от предательства была с

ь. Но, в отличие от прежнего, теперь это были