чует дома трижды в неделю. Иногда больше. Вначале оправдывался. Потом - просто ставил перед фактом. Но в этот раз... что-то было не так. Анна сидела в будуаре. В руках - тонкая чашка с зелён

е - в ванной - Влад впервые ударил по стене кулаком. Не потому что боялся её потерять. А потому что, что то было не по его уставу. А Анна Анна не плакала. Слёзы были бы слишком лёгким выходом. Их уже не оставалось. Или, может быть, она просто разучилась плакать. Потому что жить с мужчиной, которого сначала боишься, потом обожаешь, потом - не понимаешь, а теперь... не узнаёшь, - слишком разрушительно для слабости. Она включила ночник. Оранжевый свет залил комнату мягким полумраком. На прикроватной тумбе - фотография. Он и она. Свадебный день. Она - в белом, совсем ещё девочка, счастливая, слепая. Он - в чёрном костюме, пронзительно красивый, взрослый, опасный. Влад. Владислав Захаров. Мужчина, который вошёл в её жизнь, как ураган - без лишних слов, без шанса подумать, без права на отказ. Высокий. Выше метра девяноста, широкоплечий. Плечи - будто вырублены из гранита, спина прямая, грудь широкая, крепкая. Он не носит майки - только рубашки на заказ, потому что ткань массового пошива трещит на нём по швам. Кожа светлая, но загар ложится на него красиво. Волосы - густые, тёмно-шоколадные, всегда аккуратно подстрижены. Чёткая линия челюсти. Немного щетины по утрам - она раньше любила прикасаться к ней губами. Теперь - даже смотреть больно. Но самое страшное - его глаза. Зелёные, глубокие, как вода, когда в ней тонешь. Пугающе спокойные.