Развод с предателем сделал меня королевой

коя. Она была осязаемой, тяжелой и

том кремовом ковре, стоимость которого превышала годовой за

окт

ина, которая улыбалась на гала-вечерах и кивала, когда муж объяснял ей простейшие концепции перед инвест

халат зашуршал. Движе

езким звуком. Она приготовила смесь для Шторма - семьдесят процентов арабики, тридцать робусты, помол специа

рии» на верхней полке. Внутри был не рецепт жареной

твенный инди

ался. Пришло письмо от анонимного отправителя.

од часы Cartier, мягко вибрировал на запястье - уведомление, которое она

ля воображения. Главная спальня их поместья в Хэмптоне. Временная метка - вчерашни

голову в экстазе. На нем сидела женщина с зол

трела на руку Шторма, сжимающую бедро

го общего с любовью, но был полностью связан с потерянным временем. Пять лет сокрытия

тал вербовки «Протокол». Предложение висело там шесть месяцев. Призрачный проект.

ане гласила:

ятвах или о том, как он смотрел на неё до того,

ка к эвакуации. Обрат

ться в эфире. Она переслала фотографии в защищенное облачное хранилище, стерла кэш

ыглядел идеально, той отполированной, кураторской красотой, которую обожали жур

ой, дорогая,

на почувствовала это. Слабый, приторный запах ванили и туберо

овщиной

Ветр, поддерживающей жены. Не докто

бку. Внутри лежало бриллиантовое ожерелье, тонкая

- сказала она,

веряя часы. - Совет директоров сегод

бы она поправила ему галс

а узел. Подтянула его к воротнику. На секунду, всего на одну секунду,

ся, рука мет

Ве

отступая с мягкой,

много дрожат. Сли

е мелькнуло в глазах, прежде че

остор

лифту. Двери закрылись, отсекая его

холодной, жесткой ярости. Она взяла бриллиантовое ожерелье со стойки. Оно све

льзовала для смузи. Бросила ожерелье внутрь.

ум насторожит прислугу. Она прос

изонт Нью-Йорка. Таймер в её голове ти

-