Скандал Стерлингов: Замужем за дядей

ло мне поставить

вески люстр в поместье Стерлингов слиться в единый слепящий поток. Я вцепилась в край высокого стола,

дна, до

й вокруг бритвы. Моя будущая свекровь стояла неприлично близко, её п

ык стал чужим, ватным, едва вороча

весторы – ты понимаешь, н

ался прежним – трезвым, сканирующим. Она коротко взмахнула кист

Ей нужно полежать. Чай, кажется, оказался

я дернулась в сторону, но ноги преда

им, как маска, лицом, жестк

, суд

рочь от света, в глубь коридора, где с каждым шагом температура падала. Звуки умирали – ворс ковра г

дьбы Суворовых, куда Ренат в

языком выдавила я, пытаяс

ь в конце анфилады отворилась с гнилым скрипо

ковра, я рухнула на пол,

– позвала

спиной оглушил.

м лезвием. Я подскочила, пошатнувшись, и

вленным сипением, тут же утонув

новение выбелила комнату, рва

я увид

а был массивнее, шире, страшнее. Инвалидное кресло казалось троном,

ндр Су

котором в семье шепталис

. Лишь смотрел – мерцающий взгляд

воду, заливая горло кислотой. Я больше не могла мыслить. Не могла дышать. Перед глазами

Ренат. Срочн

нему. Слезы застилали и без того мутную кар

к холодила пылающие ладони. Сквозь неё я ощутила жесткий металл

транился, но и не поддержал. Ст

где-то над головой. Низкий, вибрирующий гул. Так

нанку. Я рванула вырез собственного платья, пытаясь глотнуть

резкий, ко

ндра упал на октаву, став л

й наушник, мигнувший в

о приказа – никого. Вале

ала к нему на колени. Запах сандала, табака и чего-то

сыпалась на ос

нные из камня, черты. Высокая прямая переносица. Крупные ладони

много...» – ше

, ты слишко

ала мое запястье, припечата

у быть неж

зила тело дрожью, едва не опрокинув

прошептала я, уже

о неба. Его широкая ладонь переместила

ознание погасло

ха, и его хриплый голос завибрир

Еще пять раз. Считай с

а пересохшие губы, и голос прозвучал жалко, п

ять... Я всё. М-м

его груди. Глубокие темные глаза впились в м

еломленная, но он не дал времени на осознани

вжались в мои, затягивая меня в у

в клубах пара, скрывш

али острыми,

ей головой. Невесомое колебание. А затем пальцы коснулись моих

– тихий

леденящий кровь факт. Ноги, на которых покоилась моя щека, были холод