а Алек

чении. Воздух в кабинете ударил меня, словно физический удар - не тот утешительный, свежий зап

ес

был на не

прилип к его коже, как второй слой. Он даже не поднял головы, когда я положила стопку фина

лос был напряжен от неодобрения. Он стоял у окна, скре

аза были пустыми и непреклонными. Он полностью прои

он. Моя личная жизнь

его глаза с жалостью метнулись ко мне. Эта жалость была хуже безраз

митрий, пренебрежительно м

збитое сердце. Я повернулась и вышла, тишина в комнате оглушала. Поездка на лифте вниз была размыта

сь на стакан воды в тишине, чтобы успокоить бурление в животе. Комната гудела от ш

знают своего места, - прор

ии двух других членов стаи. Она ухмыльнулась, ее

а-нибудь посмотрит на тебя, когда вернулась та

ан, мои кост

ди, Хр

м я успела среагировать, она схватила дымящу

ил мою кожу, мгновенно покрыв ее волдырями. Я ахнула, уронив

л первобытный, яростный ужас за жизнь вну

рассмеялась Христина, подходя ближе

моя слабая волчица-омега, а мать. Моя ру

ло

тшатнулась назад, схватившись за щеку, на ее лице было написано потряс

тина, мгновенно разыгрывая жертву. - Ма

ово

х. Воздух стал тяжелым, заряженным статикой. В дверях стоя

еклу и моей покрасневшей, покрытой волдырями руке. Но его взгля

друг на друга, - заявил Дмитрий, его голос бы

Он не спросил, больно ли мне. Он

истины, выпрямившись, н

казала я, мой голос дрожал, но был ясным. Я посм

ах и вышла, оставив альф

-

ца Дм

ания - обожженной кожи и соленых слез - витал в воздухе, отравляя

ку, но в ее глазах, когда она посмотрел

Она вышла из-под

Я ударил рукой по стойке рядом с ее головой,

ее. Ее колени подогнулись, и она сползла на пол, ужас сменил ее самодовольство. - Ты больше никогд

крови за запах обожженной плоти моей

я, мой голос опустился до смертоно

смотрел на Клима, моего гамму, кото

от мусор с

-

а Алек

ла у Клиники стаи, ожидая шаттл, который должен был отвезти меня в коттедж моей бабушки

парковку въехал гл

Дмитрий. Он приехал проверить ме

ушительно красивым в лучах заходящего солнца. Он обошел машин

са Пьянкова, бл

с нежностью, которой я никогда не знала. Он подхватил

го бормотание, его голос бы

аже не заметил меня, стоящую в тени, сжимающую

пепел, он замерз. Я смотрела, как они исчезают внутри, и это

неющий лес. Мне не нужен бы