ирмы пахло лимонной поли

вого кожаного кресла, выпрямив спину, словно аршин проглотила. Посредник сработ

ла на часы.

овая дверь

тинктивно вск

л му

алыша Виссариона обычно показывали вываливающимся из клубов

был воплощение

м с архитектурной точностью. Его тёмные волосы были аккуратно уложены, волосок к во

ее. Размытые фотографии и близко не передавали ни чёткой л

Его рука на долю секунды

ставился на женщину

о

. Та, что в синем платье, которая спряталась в библиотеке с книгой, пока все остальные пили ш

атской конторе, известной о

льцы слегка дрожали. «Господин

руку. Затем на её лицо.

н Романов, наследник банковской империи Коллинз, и что он здесь ли

на извинит

тон, казалось, вибрировал в половицах. Он взял её руку. Его хв

Если роль «Малыша» подарит ему

о дерева. Елизавета подвину

он видел, как пульсирует жилка у неё на шее. – Один го

у. В заголовке значил

хотела деловую сделку.

– прямолинейно объяснила Елизавета. – А ва

о обойти слухи. Она думала, что он гей. Что ему нужна ж

. Он откинулся на спинку стула, изуч

ета. Её голос дрогнул на слове "любовь"

её глазах, то, как она держалась, будто готовила

ручки из кармана. Это был

», – ск

ргнула. «Вы не обсудили

змашисто подписал бумагу. Подпись получилась неразборчивой

ая пиджак. «Мы еде

илась на него.

осил он, и в его тёмных глазах мелькнул о

хватила сум

щий московский ветер. У тротуара н

вых уже тридцать лет, вышел и открыл заднюю дверь. Он посмотрел на Г

го острый, предостере

ласил Елизавет

им кондиционером для волос. Совсем не затхлыми сигаретами или дешёвым од

нски он себя ведёт для прожжён

м. Дверь щёлкнула,

надий», – ска

й поток ЦАО Москвы, унося их навстречу за