устальные люстры заливали золотом сотни гостей

знула внутрь чере

рука, туго забинтованная белой марлей, была прижата к телу, а правой она стискивала толстую пап

и ей не потребовалось мног

Рядом с ним блистала Аврора Фридман в серебряном платье, что подчёркивало каждый изгиб её

здохнула. Просто с

но не из уважения – скорее, от замешательства п

– её голос прозвучал р

с его лица, сменившись брезгливым презрен

бросил он. – И выглядишь неподоб

отрезала она. – Вот

отянул

ениво покачал бокал в руке, изображая скуку. «Поло

виде Ярославы, но это был не дружелюбный огонёк

рора и бросилась к ней, заключая в л

орковала она, отстраняясь, но не убирая р

ясь стряхнуть с себя её р

к забинтованной руке. «О боже,

на кухне», – проб

а, привлекая внимание ближайших гостей. Головы

агировать, Аврора обеими руками

а, не

сь, глядя ей прямо в

и впились прямо в

а миг ослепив. К горлу подкатила тошнота, и сияющий зал поплыл пе

а она сквозь стиснутые зубы

езной. «Я же просто волнуюсь! Тебе нужно быт

ивая свой напиток. «Аврора так добра к те

осимой, словно р

ставил Ярославу резко

в поднос проходив

ИН

зала. Брызги шампанского полетели во все стороны – на офици

твая тишина. Даже муз

ыгранным ужасом прижав руку ко

ёд. Его лицо пот

взревел он, и его голос эхом

груди пульсирующую от боли руку. Она огляделас

Неуклюжая, озлобленная бывшая,