лнце резало

ёсткие больничные подушки, и см

етской жизни бросался в глаза:

етра и Алины со вчерашнего торжественного веч

илой распахнулась. Она с гро

ту вош

Галстук был ослаблен. Резкий запах дорогого скотча и цветочного парф

вшую в изножье кровати. Он не взглянул на

Он остановился прямо у её кро

олос сочился ядом. - Использовать отделение неотложной помо

няла на н

любила четыре года, вдруг по

нона. Её голос был слаб

ривык к её тихой покорности. Это внезапное неповин

рука резко схватила её за подборо

рячее дыхание коснулось её лица. - Я име

отстраниться, но

трога

ачный, насмеш

еня сюда с самого важного вечера в году. Не п

ами на подушки, его вес надавил на каркас кровати. Д

ватила гр

вно прикрывая руками свежие швы на жив

осто очередная ложь, очередной драматический акт, чтобы манипулировать им. Он потянулся через неё

лось прямо в её туловище. В голове Юноны б

живот. Швы, скреплявшие её плоть, лопну

, выгибая спину дугой. Её л

л, как её тело под его рук

мотрел

ной рубашке, прямо внизу её живота. Кровь просачивалас

азад, его глаза на дол

различия. Он поправил манжеты, отказываясь

лся Пётр, глядя на кровь. -

мобильный телефон. Это был о

дленно ответил. Суровость

й к Юноне. - Врачи говорят, это был просто небольшой ис

и бросил взгляд ч

холодно приказал он. - Хва

ы, и тяжёлая двер

о тошнота, подступавшая к горлу, была ещё хуже. Её физически тошнило от

ю руку и нажала на кн

идев лужу крови на простынях, она ахнула и п

ригада. Они разорвали рубашку и

еанимационную тележку! Вызови

смотрела в потолок. Её глаза, когда-то мягкие и умоляю

за двенадцать часов, врач ушёл, строго предупредив, что она должна соблюдать строгий

теет. Каждая мышца её тела кричал

тумбочке. Она достала сложенную стопку бумаг

ние о р

из тыльной стороны ладони. Капля крови выступил

о она сильно надавила кончиком на бумагу

у. Огромное бриллиантовое кольцо казал

легко соскользнул

ентов о разводе, оставив его на тумбочк

написала своей луч

. Мне нужно уб

редписания врача. Она достала свою одежду из небольшой

твовала вкус крови, чтобы не закричать от боли. К

тяжело опираясь на

стеклянные двери больничного вестибюля,

клялась себе здесь и сейчас, что больше никогда