Тайная личность отвергнутой жены-миллиардерши

ево, и запах серы на мгновение перебил аромат дорогого жаркого, остывающего на обеденном столе. Она зажигала свечу уже в тре

кими потолками пентхауса в Центральном районе, который так и не стал для неё

Экран был чёрным зеркалом, отражавшим её бледное, встре

и был платиновый зажим для галстука, который она придумала сама, с маленьким сапфиром на

ё, словно на пустое место. Он не упомянул о дате. Даже о погод

на барабанные перепонки. Это была физ

азвонил

оленом о ножку стола. Она бросилась к телефону, сердце подпрыгнуло к го

экране был

а Свято

у неё закружилась голова. Дрожащими пальц

ос был лишь срыв

фессиональным, отрывистым и лишённым той теплоты, которую врачи обычно пы

очила, её стул громко заскрежет

цу, госпожа Маслова. У неё остановилось

сь колени, и ей пришлось схватиться за край обеденн

– выдох

чи от машины, оставив на столе подарок на годовщину, похожий на над

я неоновые огни города в красные и жёлтые полосы. Ева вела машину с отчаянием, граничащим с без

её услышать. Горячие, жгучие слёзы застилали ей

который когда-либо смотрел на Еву и видел в ней личность, а не

рики охранника о зоне, где «Парковка запрещена». Она вбежала в автоматиче

, произнесла она, вцепившись в

а голову, её глаза выражали сочувств

е горели, ноги казались свинцовыми. Она ворвалась в корид

лицо его было мрачным. Он посмотрел на Еву – мокрые волосы прили

, госпожа

удар в живот. Ева попятилась и ударил

– Нет, вы сказали, что п

могли. Её сердце пр

на была увидеть. Должна была

Бабуля лежала на кровати, казавшаяся меньше, чем когда

так сильно, что она едва держалась на ногах. Она

на край кровати, уткнувшись лицом в бабушкины простыни, и безудержно зарыдала. Го

она в тишину. – Пожалуйста,

а может, и часы. Время

ами, до её носа донёсся запах. Он был слабым, вита

веточный.

не пользовалась духами. У неё была аллергия на

ре, которая тихо прибирал

Голос её был хриплым, но в нём

у обернулась. Она теребила пла

ал, мэм», – пробо

шительное, но в его центре вспыхнула искра гнева. – Я чувствую

вы. «З-заходила одна... знакомая семьи. Просто занесл

ебовала Ева,

е запомни

который она чувствовала на воротничках Сергея, когда он поздно возвра

а Се

а, которая три года превращала жизнь Евы в сущий ад, которая насмехалась на

ластные. Звук дорогих кожаных туфель,

как раз в тот момент, ко

а улице. Он выглядел так, будто только что вышел с заседания совета директоров, что,

неё, его тёмные глаза обвели комнату, оценивая ситуацию с холодным

» – спросил Сергей, глядя м

только что рухнул, а он спрашивал о времени

– тихо отве

яде не было ни мягкости. Ни жалости. Лишь лёгкое раздр

меси скорби и ярости. Она указала дрожащим пальцем н

вями пролегла глубокая складка.

мерла! – Ева схватила Сергея за лацканы, отчаянно желая, чтобы он поверил ей, ч

со своего костюма. Он на секунду сжал е

рессе, – сказал Сергей спокойным, покровительственным тоном. – Ты

телей!» – закричала Ев

азала мне, что журнал не обновлялся с утренней см

м, истеричным смехом. – Моя бабу

казал Сергей, поправляя пиджак. – Я обо всём распор

чтобы уйти. В

тела бабули на удаляющуюся спину мужа. И осозн

По-настоящему,

груди, что-то хрупкое и полное надежды, что она ле