х глаз. Эти наглые и высокомерные взгляды скользили по волосам, лицу и телу. Даже наличие одежды не спасало от их похотливого любопытства. Ссутулившись, Кэтрин перевела внимание с выцветшей т

твенная надежда оставалась на то, что девушку не заметят и вскоре ей удастся бежать.

атый женский голос, а потом ударо

присутствующих: гордо вскинутая голова и прямая осанка говорили о знатном происхождении. А ее дорогое черное платье, сшитое по последней моде, «кричало» еще и о достатке. Странно, насколько было известно

вет Кэт небрежно оскалилась. Ее все же выбрали. Да и на что она надеял

кошелек, который торговец даже не удосужился поймать. Озираясь по сторонам, этот мерзкий тип упал на колени и двумя руками вцепился в свою ценность. Сжав грязны

нушаясь тяжелой работы. Но все изменилось, когда граф обратил на нее внимание. Да, старый кобель не упускал возможности увлечь в свою постель очередную молоденькую горничную, и об этом знали все. Впервые Кэт услышала о пристрастиях хозяина от матери в тот же момент, когда узнала, что он – ее отец. Мама девушки открыла страшную тайну, лишь находясь на смертном одре, строго наказав ни одной живой душе не рассказывать об этом. Граф не только не любил детей, но и не удосужился обзавестись наследниками с покойной женой. И в придачу жестоко истреблял внебрачных. Стоило ему заподозрить, что одна из его любовниц беременна, он тут же отправлял ее к повитухам. А некоторые, зная об отсутствии наследника, пытались навязать ему своих чад в надежде на лучшую жизнь. Только Даррелл заявлял, что ублюдки ему не нужны, и с детьми странным

е уст чуть не сорвалось: «Пустите, я ваша дочь». Чудом ей удалось умолчать, до крови прикусив язык, а в голове эхом звучал голос матери: «Он никогда не должен знать, кем ты ему п

размаха ударила его по голове. Он осел, но отключился не сразу, по виску покатил

ью теб

ах, что граф в любую секунду придет в себя, н

ротекает за пределами дома, не понимала, какие трудности ее ждут. Продрогшая, она бродила всю ночь по темному лесу,

возь расступающуюся толпу. Кэт последовала за новой госпожой, мысленно гадая, что ее жд

ала за ней, подавляя желание разрыдаться. Девушка за последние сутки так размечталась о свободе, что даже чу

увшись в неуклюжем поклоне, протян

а све

не приходилось ездить в каретах, тем более в таких шикарных. Все стены там были обиты алым бархатом, а на окнах висели тяжелые занавески в цвет. И сиденье казалось таким мягким и удобным, что Кэт захотелось закрыть глаза и насладит

хо старуха, чего точно от нее не ожидала Кэт

внимания на высокомерный тон женщины и интере

вое имя

нно ответила девушка, смут

Кэтрин? - продолжала л

доточив взгляд на худых пальцах госпожи, мирно поко

Эдит Дельмас. - А теперь

нду подняла глаза, не решая

мимо этого, тебе никогда и ни при каких обстоятельствах не позволено покидать замок. И все, что ты увидишь и услышишь в его стенах, строго запрещается обсу

мотрела на девушку не моргая, и взгляд этих тусклых холодных глаз пугал Кэтрин не м