ица

отворились, и температура в Боль

чно, ожидал увидеть покорную тишину своих владений. Вместо этого его встре

ющееся по древним нитям. Я почти физически ощущала, как его внутренний волк, Тимур, метался под коже

– потребовал он ответа, его голос

не дал ему и сек

ы была осквернена. Согласно древним законам Стаи, Совет старейшин еди

ык, эхом отразивший

этого сделат

ю Стаю», – холод

дивана и бросила

ь!» – рыдала она, и т

на меня дрож

спровоцировала Леонтия! Он

етнулся ко мне, его г

но неподвижно, моё лицо скрывала

азала я, и мой голос отчётливо разнёсся по затихшему залу. – Это ты

угую, и до него постепенно доходило осознание его разрушенных финансов и рухнувшего

авая понять, что разговор окончен, я п

а, по

юся в истерике Киру. Он двинулся ко мне, проглотив гордость, хотя в его тоне в

ле охранники. – Ритуал очищения будет стоить целое состояние. Мне нужно, чтобы ты открыла свой личный трастовый

ткровенной наглости. Он хотел, чтобы я опустошила с

олив медленной, насмешливо

ровным голосом. – Похоже, цена за то, чтобы быть твоей Луной, – это ф

ярости речи и новым рыданиям Киры, поднимаясь по лестнице в Западное крыло. Номин

я заперла тяжёлую латунную дверь.

ью. Подойдя к огромной гардеробной, я нажала на заднюю деревянную панель в опреде

ристое сияние настоящего Гобелена, Благословлённого Луной. Несколько дней назад я заказала его безупр

платиновым нитям, и леденящий

ибрировал мой зашифрован

тёмную комнату одним анон

его Солнцестояния в эту пятницу. Не испытыва

тыла. Моя бабушка. Мат

ернолесские почувствовали здешнюю нестабил

ве, был разрушен. Если я сбегу сейчас, ищейки Галины выследят меня ещё до того, как я пересеку границу шт

ма стаи Теневого Гребня