Я помню ваши смерти: визажист в хоррор-игре

ришёл бе

илось где-то у шеи, будто пыталось вырваться. Она не помнила лица - только белую комн

о серый утренний потолок и тишина, ко

открыто - шторы она не задвигала нарочно. Ей нравилось видеть, как де

было

р не уходил. Она привыкла. Но иногда, по утрам, он напоми

то. Дом, улица, школа, лица родителей - всё было чужим, нарисованным, ненастоящим. Как будто кто-т

ла объяснить. Как объяснить, что ты знаешь, что мир

сбежать случила

оторый работал от одного выдохшегося элемента, но она не знала. Вышла, ког

валило за полдень, а потом и вовсе начало садиться. Машин было мало,

тановке. С другой стороны города. Десятилетняя

правду. Это мес

евали. Прошла на кухню. Из крана капала вода - кап, кап, кап. Часы на стене тикали. Она ненавидела этот звук. Он был слишком

себя руками. На плите стояла забытая с вечера кружка. Она сполоснула

оречь. Она любила

ла глоток

чайка. Та же лавочка. Те же серые панельные дома с облупившейся краской. Вывеска «Пр

й звук. Каждую деталь, которая повторял

вопрос: где заканчивается ре

от магнитом в виде кактуса - подарок Ли

цифру. Внутри поднялось что-то тяжёлое, вязкое - не ст

егда умирал первым. Александр - красивый, пустой, обречённый на боль. Лев и Алиса - пара, котор

Ма

В одних прохождениях он исчезал в первой трети, в других - его не было с самого начала. Она не знала, почему. Оставляла как баг, как недоде

глоток. Кофе остыл.

ко - настолько, чтобы не слышать, как умирают люди, кот

вались и везли обратно. Велосипед с проколотым колесом. Ночные переходы, которые заканчивались у её собственно

ожно. Она знала это уже дав

од во время игры. Когда сценарий запустится, когда мир нач

арий. Пусть всё идёт, как должно. Пусть они умирают

сать Лину. Она б

зазвони

Дала ему прозвонить три

венел в утренней тишине как колокольчи

фелия. - Вечерняя

росила Лина. - А раз

сег

ия закрыла глаза и представила: сестра сидит на кухне, нога на ногу, в старой пижаме, кошк

а увидимся? -

сжала т

вид

к и выключила свет

о-зелёными глазами, в которых застыло что-то между усталостью и ст

идаясь, пока отражение

не расставалась с ней даже в те дни, когда не работала

азку, лёгкую куртку - всё тёмное, небр

артиры, щёл

адкими, приторными, как сироп. Кто-то на второ

тро. Обыч

алось - на секунду - что за одной из дверей кто-то замер. Н

ась. Дверь

ко

ула, толкнула

ветофоре, женщина катила коляску, мужчина в бейсболке говори

сунула руки в карманы

нами, за дверями, за занавесками - там, где кон

знала

а этот взгляд

ад

да с