ся в сущий кош

етверых, но ели только трое. Л

ругом - ложку, и ритмично стучал ими по краю х

месте. Она пыталась разрезать к

тихо ска

она. Он просматривал эл

ала Инесса. -

хлеба. - Ох, Инесса, позволь ему проявить себя. Он - буд

хвалой матери, ударил

ж. - Дело не в эне

жал вокруг стола, его тяжелые ботинки глухо стучали по перси

Лады, стояла одна-единственная маленькая серебряная рамка. Это был

у Инессы. Единственное, что ей удалось тайком вынести и

схватил

кричал Леонид. -

тыла в жи

был громким, но в нем чувствовалась вибрация,

Дядя Егор сказал, что это ег

однял рамку

вскочила, ее стул с си

швырн

вниз со всей силой, на которую б

раморный камин стекла

воцарила

ла на осколки. Фотография лежала ли

порядок. Его лицо сморщилось. Он откр

а. Она бросилась к Леониду и

ала Лада на Инессу. - Ты на

том на разбитое стекло. Он узнал фотографию. На его лице пр

голосом. - Он ребенок. Не нужн

рела ни на Егора, ни на Ладу. Ее

тилась н

ор. - Порежешься. Мы поз

на фотобумаге. Осколок стекла, острый как скальпель, впи

гнула. Не от

Она капала на белый мрамор. Она разма

большим пальцем она смахнула

ерь уже с раздражением. - Мы можем ее отреставр

фотографию к груди, пачкая

птала она. - Она была в

. Слушай, прости, хорошо? Но посмотри на Леонида. О

нно подняла

ыл взгляд здания после управляемого сноса, о

ься? - сп

ал Егор. - Б

й выглядывал из-за плеча Лады, а на

ть три года. Мужчину, которого она защищала от совета ди

, - сказа

ровь капала с ее руки, оставляя на по

- крикнул е

зала она. Позвонить Т

о продолж

дверь. Она пошла в ванную и подставила руку под

уку марлей. Зате

ала номе

Мне все равно, как мы это сделаем. Я хоч