по извилистой дороге к се

а, а взгляд то и дело метaлся к Аделине и обратно. Ася сидела неподвижно, вцепившись в руку Аделины, словно могла физически предотвратить то, что надвиг

закрыл

льное изучение мировых структур власти, и комплекс Данлапов занимал в досье видное место. Три поколения накопленного

ческим безразличием отслеживали их приближение. Они со скрипом хорош

ять, и утомлять. Аделина насчитала шесть дымоходов, четырнадцать видимых охранников и верто

х родственников и обязательств – вышла

уже

рямо, а его глаза цвета выцветшего денима были такими же мягкими. Рядом с ним Кира Лебедева держала трость с золотым набалдашником, с

и озабоченность, и превосходство. А в тени у камина молодая женщина – Софья, как узнала её Аде

в себе вес абсолютной власти

делина её уловила. Старик проверял её, оценивал её реакц

комнаты, её поза была расслабленной, н

ебовавший внимания. «Ни приветствия? Ни уважения к старш

ни подобострастия. «Меня учили уважать тех, кто это заслужил.

стекло. Но Аделина выдержала взгляд своей бабушки, наблюдая, как гл

– Безрассудно, но дерзко. Тебе это п

.» – на

отакания, баловства этой... – она указала на Карину, которая тут же пристроилась ря

т жест был естественным, непринуждённым – прикосновение бабушк

льная. Воспитанная со всеми преимуществами, под всяческой защитой. Нельзя же ожидать, что она будет... – слова прозвучали с и

аза Артемия, жёсткие, яркие и расчётливые – впились

способилась к лишениям. В тебе есть... – улыбка, обнажившая слишком мн

затаила

из семьи Данлап. Но не указано, какая именно дочь, – Она подняла трость, нацелив её на Аделину, как

ось от муки. «Мама, прошу. Она только

й, но непререкаемый голос Артеми

подошёл к Аделине. Вблизи она почувствовала его запах – табак, старая бум

то. Что-то, чего я не узнаю, – Он долго изучал её, за

улся, отп

тмечая скрытое торжество Карины, довольную ухмылку Акима, осто

то, что заставило Арт