ился до чего-то замкнутого и тихого, где каждая секунда уходила на планирование побега. Оставаться здесь было невозможно. Принять жизнь в качестве собственности стаи и её

стающую внутри. Я пыталась читать, чтобы отвлечься, но это не помогало. Каждая строчка казалась жестокой шуткой, каждая страница нап

и и играли свои роли, я бы ушла. Я собрала сумку, как будто это было единственное, что поддерживало во мне жизнь. Од

огло подвергнуть её риску. Поэтому я молчала. Я скрывала от неё всё, даже скучая по ней. Если бы стая когда-нибудь зам

пытаясь стать невидимой. Затем заговорил отец, и всё изменил

ались во

, хотя под кожей, казалось, ползло что-то живое. Возможно, я слишком хорошо на

лки, ищущие своих пар, а я хо

плох тем, как он смотрел прямо на меня: «Алиса, – сказал

, о

предпочёл оставить тебя дома. Но это вызвало б

тем же отстранённым взглядом, который он использовал для вещей, не имеющих значения. Понимание

ообще не существ

а», – его взгляд скользнул по бледнеющим синякам на моей шее, и меня пробрала дрожь. Они

и потыкала вилкой

ржи себя в руках», – он вернулся к еде, как будто ничего не было ск

ь меня сжаться. Вместо этого о

семейная поездка. Тихая. Тяжёлая. Родители и

то владел миром, одна рука свободно лежала на двери, поза была расслабленной. Радио было

рам, возвышающимся на горизонте. Мои мысли блуждали вокруг Елизаветы

запный: «Ты ведь не собираешься делать нич

напряглось, когда я повернулась, чтобы посмотреть на н

лала, и не в первый раз, чтобы я могла поним

жение расплывается от движения машины: «К тому же никто не выбе

етил. Возможно,

ре, Масон готов принять тебя. Не как пару, но у

вздрогнула: «Если для этого вообще

взглянул на

е вернус

арна тому, кто годами избивал меня, а теперь ви

и «Тень» простиралась широко, с слишком большим количеством дорог, городов и станций, чтобы легко от

я с чем-то ещё. Надеждой. Вступление на территорию Серебряной Луны означало вст

лица было отстранённым и холодным. Тихая боль шевельнулась, когда

оей жизни з

рах всё ещё пронизывал меня, но теперь он был не один

не просто по

раз я сд

е вер