конце коридора. Он положил руку на клавиатуру рядом с ней и ввёл код. С шипением пневматического двигателя двери раздвинулись, открыв тускло освещённую роскошную комнату. Воздух внутри был прохладны

пригласил её

ле В

вместе с Томасом. Она стояла у входа, слегка повернувшись к двери, готовая бежать, если понадобится. Ее взгляд обшаривал комнату, оценивая дорогую мебель, единственный пустой стакан на барной стойке и отсутствие других выходов. Фон

дила глаз с комнаты, а не с него, - это довольно з

. Он взял стакан, налил в него виски, покрутил в нем янтарную жидкость и медленно отпил. Его черные глаза не отрывались от нее, отслеживая к

голос, низкий, мягкий, заполнил пространство между ними. Он откинулся на

аг к ней, сокращая расстояние. Он остановился в нескольких шагах, достаточно близко, чтобы

повиснуть в воздухе между ними. Медленная, обдуманная улыбка коснулась его губ, хищная улыбка, которая не коснулась его х

обби. То, как он смотрел на нее, как он наблюдал за ней из другого конца комнаты, было

н, понизив голос почти до

-она ответила чувствуя,

один шаг, сокращая оставшееся расстояние между ними, пока не оказался на расстоянии вытянутой руки. Он был достаточно близко, чтобы она могла видеть легкую щетину, отб

бархатистым голосом, каким-то образом б

зеленные глаза, ища что-то - страх, непо

. Я беру это. Хотя, честно говоря, до того, как я тебя увидел ты была для меня всего

онил голову, изучая её лицо, как редкий и ценный артефакт, в его гла

он, его голос понизился почти до шёпота, кото

, а решение.

ине растянуться, тяжёлой от н

. Ты можешь быть очень, очень хорошей девочкой для меня... или ты можешь

стучало, разум крич

разводе и у меня есть сын. Я не лучший выбо

читалось глубокое снисхождение. Он протянул руку не для того, чтобы коснуться ее, а чтобы его пальцы зависли

как будто само это с

ия. На самом деле, это преимущества. Они показывают, что у вас есть опыт. Они показывают, что вам есть что терять, что делает вас... мо

руку, но угроза ост

вы не идеальная двадцатилетняя дура.

сширились о

м не нужна такая заноза как я, уверяю вас-с нервной усмешк

ие в вспыльчивости скорее забавляло, чем отталкивало. Он медленно шагнул б

ил он низким, опа

е. Они напоминают о том, что ты жив. - он накл

е мог справиться с женщиной

я прядь волос за ее ухо. Его прикосновение было легким, почти нежным, но оно словно держало

лания. Так же, как твоя красота. Или

на нее, выражение его лица было непроницаемым, большой палец все еще легко касался ее кожи. Он чувствовал бешеное трепетани

л он, его дыхание был

ь тебя. Я просто

его тепло от близости и это пугало. Такая реакция была впер

твовать! -она резко ответила и разве

ее челюсть, резко вырвалась, пальцы сжались, словно стальные тиски, вокруг ее предплечья. Хватка была мучительно сильной, не настолько, чтобы сломать кость, но достаточной, чтоб

его рука обвилась вокруг ее талии, прижимая ее руки к бокам в нерушимой хватке. Она чувс

участвовать

спросила она с вызовом, пыт

Его дыхание обжигало ее кожу, но голос был ледян

прошептал он, слова, призва

та тень на него. Однажды он может "поскользнуться" на лестнице. В другой день "хулиган" может решить нацелиться на него. Машина может "случайно" в

ь делать все, что я попрошу, будешь улыбаться, когда я тебе скаж

по её телу и ее бросило в холод

на я готова убить!» -яростно с

его звук отдавался у нее за спиной. В нем не было

повторил он нас

го? Государство? Та же система, которая подвела тебя? -

ь - оружие, но тупое. Я - скал

ь, а чтобы положить там ладонь, леденящим, собственническим клеймом. Его большой палец поглади

матерью, которая окажется в клетке, оставив своего сына совершенн

ой и удушающей, прежде чем закончить

пользовать свой гнев. Которая научится направлять его. Кон

кользнула с ее талии на бедро, прижимая ее еще крепче к себе, пока между их телами не

оим секретом. Ты будешь преданна мне каждой клеточкой своего тела, разума и души. А вза

мии, но поняла, что она в ловушке и что на данный момент нужно соглашаться на его пр

Я согласна! -тих

. Он слегка откинулся назад, ровно настолько, чтобы взглянуть на ее профиль, его черные глаза изучали ее лицо в поисках любого

перь был мягким, почти нежным, но

щеке, его большой палец поглаживал кожу, что резко контрастирова

Во-вторых, ты никому об этом не расскажешь. Никому. Ни твоим друзьям, ни твоей семье, уж точно не тво

остью подчиняться мне, дел

её подбородка на поясницу, прижимая её к себе вплотную. Он опустил голову, его губы зависли чуть выше её губ, его дыхание было тёплы

е. Ты должна подчинится мне. Безопасность твоего

грудь была твердой и непоколебимой под ее ладонями, стеной мышц и костей, которая отказывалась сдвинуться с места. Ее толчок был подобен попытке сдвинуть статую. В тот момент, когда она попыталась отстраниться, его хватка усилилась, его рука, словно стальной пояс, обхватила ее талию, прижимая к нему. В его поцелуе не было нежности, только грубое, всепоглощающее обладание. Другая его рука поднялась, чтобы обхватит

очешь, - пробормотал он

ласилась. Теперь ты принадлежи

еск пота на коже - всё это было реакцией на него, и он впитывал это. Медленная, довольная ухмылка играла на его губах, хищная, восхищающаяся результатом. Он отпустил её талию, но продолжал держ

губы зависли всего в неско

ь. Это показывает, что ты поним

о присутствие всё ещё доминировало в

майся своими обычными делами. Я найду

ный. Он полез в внутренний карман своего безупречно сшитого пиджака и достал небольшой, тяжелый на вид предмет. Это был изящный ч

ранен только один номер. Мой. Ты будешь использовать этот телефон только для связи

сь, последнее слово был

и если кто-то другой его увидит, сделка

елефон глядя

-спросила напряженно она, желая с

рачного принятия и при этом и вызов, что его еще больше восхищало в ней. Наконец, едва заметным кивком, он отпустил её. Он сделал шаг наза

ть и угрозу, вернулся к холодному, профессиональ

помни, Мелания. Я

заинтригованное и совершенно очарованное. Он подошел к окну, его взгляд был прикован к улице внизу. Через время он увидел, как она выходит из здания с подругами, с прямой осанкой, высоко поднятой головой, словно она шла в бой, а не уходила. Она была парадоксом, прекрасной бурей. Страх в ее глазах только разжег огонь в ег