сковать еще одним провалом. На следующее утро мне на

знакомой. Я ответила, что вы моя двоюродная сестра, просто подменяете м

- А теперь слушай, что делать. Увольняйся. Я переве

сдавленный всхлип. - Спасибо

дин хвост подчищен.

а настоящей акулой юриспруденции, самым острым умом из всех, кого я знала. Мы

подвинула флешку через стол. Ее лицо, обычно такое живое, п

белели, когда она сжала чашку с кофе. - Все он

а я. - Я просто хочу исчезнуть. Я хочу оставит

ктивов Петра, не говоря уже о крупной компен

ак пепел. - Их деньги - это то, чем они покупали мое молч

ыв. Мы можем это устроить. Подготовим документы на развод, укажем неверность. И докумен

юбилейного» ужина, который предложил Пётр. Место было назначено: отдельный кабинет в «Дубовом зале», т

вь застыть в жилах. Дина увидела выражение

еские ограничения доктора Соколовой. Шеф-повар отмечает ее ле

от ужаса. - Бензо? Они

у своего великого обмана я могу наконец-то поддаться эмоциям или что-то заподозрить. Они собиралис

их действиями стояла какая-то извращенная, ошибочная

не имевший ничего общего с весельем. - Конечно, - сказ

тила мою. Ее хватка была твердой, заз

л жестким. - Я позволю им думать, что их

. Юридический отказ от имени и состояния Соколовых. С каждым ро

а с тех пор, как была ребенком в системе, до того, как они меня нашли. Имя, которое было по-настоящему моим. Рейс был на вечер субб

тр был там, напевая что-то себе

дя мне в глаза. - Нужно вылететь сегодня вечеро

ехал к Карине. Накануне

ебя, - тих

пренебрежительный чмок в щеку

ла я, и слова проз

причиняло боли. Оно ощущалось как свобода. Я больше не была Алиной Соколовой, давно потерянной дочерью, счастливо