её внутри. Хаотичные звуки Москвы исчезли, сменившись ти

его был расстёгнут. Он не говорил. Он просто наблюдал за ней,

ражение в тёмном стекле - бледная, растрёпанная незнакомка.

Тишина затягивалась, и с каждой

ь. - Спасибо, сэр, - прошептала она охрипш

лишён всякой теплоты. - Это

л под дых. Д

стро замотав головой. -

лье? Презрение? - А? И где же был ваш

хватилась за первое попавшееся имя, люб

авление в небольшом пространстве ус

. Она прикусила губу, её подбородок дёрнулся в порыве неповиновения. - При всём уважении, сэр, я не считаю, что моя личная жизнь имеет отношение к моей работе, которая

с её губ, ей захотелось умереть

мающий, опасный блеск. Её отк

шёлковым и острым. - Интересно. А что насчёт коробки, госпожа Голикова

чем женщине, у которой есть жених,

я ловушка. Каждый возможный ответ был лож

аикалась она, слова за

я, а затем потерял терпение. Он откинулся наз

аключительной речи. - Вы отказываетесь назвать имя своего предполагаемого жениха. И жен

есу своей логики раздавить

нет. Не

лись слёзы. Она чувствовала себя обнажённой, дурой, выставленной на посмешище перед

прикусила губу и отвернулась, чтобы

ыло для него

прилагать столько усилий, чтобы оттолкнуть его? Отказ, такой вопиющий и отчаянный, зажёг в

овилась на к

всё это было слишком. Одним плавным движением Анна рванула

ешеходов, переходивших

но спросил водит

аяся фигурка исчезает в толпе Москвы. В

зал он, его голос был ни