может, и часы. Холод от паркета пробирал до самых костей, но он

нстантина разбила ти

ре. Должно быть, он шел на кухню за водой.

а, как он по

Чт

го голосе была настолько вн

зли, сменившись мягкостью и теплотой, которые, казалось, принадлежали

овно физический удар. Всего несколько мгновений назад он поцеловал ее с

ак его тон сме

оропливыми. - В какой больнице? Европейский медицинский центр? Хорошо, хорошо. Не

отеч

жала на полу, истекая кровью, теряя жизнь, которую они создали вместе, а он назвал

и от машины из чаши у двери. Он натягивал

ее съежившуюся на полу фигуру. Словно она был

, а отчаянная, последняя мольба о признании. Сло

голос был хриплым, едва слышны

учке. Он повернул голову,

У меня нет врем

сухими, все слезы выплаканы. Она по

кровотечение,

висли в

е его лица дрогнуло - может, это было замешательство.

роткий, гор

осто не

тантин

- Ты услышала, как я сказал, что у нее кровотечение, и, как ревнивый ре

а дрожащим голосом. - Я потеряла ре

Кристина в больнице, она по-настоящему страдает, а ты сидишь здесь и пыт

прошептала она,

овное, расчетливое чудовище, которое готово использовать фальш

ом откр

Это была абсолютная, сокрушительная тяжесть реальности. Он никогда ей не поверит. Он никогда ее не

вистый смех, слезы текли по ее лицу, пока она

в дверях, с ужа

- выплюнул он. - С

ом пронесся по квартире, ок

змы все еще были, тупая, неослабевающая боль, но теперь она каза

подумала о ребенке, которого только что потеряла, - крошечной искре надежды, угасшей, не успев разгоре

была тюрьма. И она бо

кричало от боли, но она не обращала на это вним

. Экран засветился в темной комнате,

невалась. Она набрала адрес главного юри

ракоразводного процес

бщение, ее пальцы были твер

был самым громким в тихой