острая боль внутри притупилась, но никуда не делась. Пропуск снова был в кармане, и это главное. Она катила

на!

ысячи. А следом в нос ударил приторный запах его дешёвого мускусного одеколона,

й стоял Борис. Взъерошенные волосы, тёмные круги под глазами – вид чело

– Просто выслушай. То, что ты вчера видела... это ошибка. Я бы

згляд с его пальцев, сжим

ри р

но сделал шаг вперёд

аешь? Тебя, а не её. Это бы

юбовь, – ровно проговорила она. – Трахать

имасе, которая должна была

бя у стоек регистрации, видел, как ты ругалась с охраной. Понял, что у тебя проблемы, и дёрнул за нит

льное ожидание. Он ждал благодарности. Ждал, что она растает, снова увиди

ла свой настоящий служебный ID – пластиковую карточку, которую ей вернул тот таинственный незн

орис, – холодно отчеканила он

уставился на её удостоверение,

Кто тебе

и, обойдя его, нарочно задела плечо

прожигающий взгляд, но ей было всё равно. Эта маленькая победа ощущалась крошечной искр

кий пластик. Адреналин отступил, оставив после себя свинцовую усталость и опустошение. Она

на. За последние двенадцать часов единственным, кто ей помог, оказа

а", – ожил динамик громкой связи. – Просьба пройти

ла униформу и натянула на лицо безупречную про

бросилась ему в лицо, уязвлённая гордость жгла изнутри

в трубку, едва пошли гудки. – Кто-

повисла тишина. Затем раздался с

а решила поиграть в гордую, что ж... Значит, пр