первый этаж, скользнул через боковую дверь и оказался на территории. Дождь, прекратившийся вч

вои права. Сосны, словно тёмные свечи, устилали землю рыжим опавшим ковром. Где-то вдали, со стороны хозяйственного двора, залаяла собака. Из-за жилого корпу

илуэты разросшихся помидоров и огурцов - спасение для пациентов с мягким режимом, возможность отвле

м не выходи

атии. Тех, для кого чужая боль была не трагедией, а лишь зрелищем. Тех, кто мог, спокойно г

давал ровно столько информации, сколько было необходимо, чтобы его не сочли невменяемым, но и не признали симулянтом. Он ра

нт - лысый, с дрожащей головой, облачённый в больничный халат. Он водил по Морицу пустыми гл

телефон. Набрал номер следователя - Хеннинга Беккера, с котор

екк

те, Хеннинг.

прозвучало облегчение. - Наконец

ц. - Очень умный. Играет со мной в

что-то сказ

л его. Что мальчик был

. Затем Беккер выдохнул

ему в

лся лес, виднелась та самая дорожка, и старый пациент всё т

ь. Он говорит это, чтобы удержать власть. Чтобы мы продолжали с ним ра

найду тело или живого мальчика. Чёрт, Мориц, его мать

едст

ит как рыба. Адвокат не даёт к нему подст

не торопится. Ему нравится сам проц

а утвердил Беккер. - Вы тоже

пром

росил следователь. - Прост

азад. Мужчина, который убивал животных в детстве, потом перешёл на люд

лию по

ассматривали в Лейпциг

обещал Беккер.

дома Шрамма. Того, что в лесу. Если Ленарт жив, он може

Ил

ния человека, который закапывает трупы. Ему нравится наблюдать. Возможн

нова повис

- Ладно, понял. Проверим.

ажу, что мы нашли свидетеля или с

и не ср

играть дальше. Д

ц. Мы очень н

зн

онник. Взглянул на лес, на серое небо, на пацие

ся на первый этаж, вышел на ули

- сказал он. -

стые глаза. Перестал шептать. Потом

, - сказал он. - Я всё

л о том, что даже безумный старик может слу

ольницы зажглись первые фонари. В окнах кабинетов горел свет - врачи дописыва

койно

лес, и что-то снова шептал - тихо, беззвучно, словн