Его учительца

десять л

оял на

гей Александрович, человек, которого он боялся и боготворил всю жизнь, чьё слово было законом, чей голос - гр

тца срывался, как струна, готовая

яло сытой, тупой властью. - Вы же юрист. Должны понимать: доказательства есть

перехватили двое в чёрном. С

из самой глубины, где ещё теплился мальчик. -

нный, вязкий - как у удава, который у

много знал. Мы не хотели так. Мы предложили ему сделку. А он отказался. Сказал, ч

и странно, мятными леденцами. Этот запах - сладковатый, приторный

бы жаль, если бы с ними что-то случилось. Прямо сейчас ты должен сделать выбор. Ты можешь поп

ненависти. Ни злобы. Ни страсти. Только равнодушие

ю жить, -

вно. Но внутри рухн

к улыб

ый ма

такая боль, что Саша не выдержал - дёр

ергей Александрович. - Прост

ели че

ая плёнка затягивала поверхность. Мысли не шли - только одна

е. Официальная версия - сердеч

му сказали: «Забудь, маль

зьям отца. Они

гам отца. И за

раньше презирал до дрожи в пальцах. - Вы дадите мне защит

лаешь для нас?

ться, - ответил Саша. - Я ста

верил в справедливость, в правду, в то, что добро победит. Тог

го тихо и

никогда