коридорах витал густой запах свежесваренного кофе из учительской, смешанный с привкусом вчерашних маковых булочек - этот аромат застревал в складках одежды и памяти. Анна Викторовна, как

а перечитывала строки учеников и думала: лишний ли? И

спахнулась, как от порыва ветра, и в кабинет влетела Лена Косицы

атив по русскому языку, - не отрываясь от тетради, ответила Анна. В голосе её звучал

я какофония: топот ног, взрывы смеха, истеричные крики «Дай списать!» и, как басовый аккомпанемент, грозный

одошла к доске, взяла мел - белый, ломкий

». - Анна повернулась к доске и начала выводить буквы. Мел скрипел, оставляя тон

, пожалуйста, - не обора

упаясь в собственном вседозволенном

дежурная волна смеха,

и начать лекцию о Блоке - о туманах, о Прекрасной Даме, о м

, неумолимо, как метроном судьбы. Потом раздался испуганный вскрик кого-то из младшеклассников - корот

от маленький король своей парты - убрал ноги со стула, в

давящими, неотвратимыми - каждый шаг впе

а пол, белая, как первый снег. Она смотрела на дверь

пахнулась

го. Пустота. Глаза - холодные, сканирующие. В ухе тускло блестел наушник. Он быстро, профессионально окинул класс взг

ой парты вжались в стулья, с

ный, как лезвие ножа. Александр выглядел так, словно сошёл с обложки делового журнала, - но в этом журнале писали бы не о деньгах, а о

ой тишине класса мягко, но отчётливо - каждое слово пад

стоять в дверях, загородив собой прох

неют уши - жар разлился по шее, по щекам.

? Что... чт

дяным ужасом. Пахомов, который минуту назад чувствовал себя королём вселенной, смотре

ния на учеников. Для него их просто не существовало. Словно они были

р на стол - движение плавное, почти ласкающее. Чуть подви

орпус из эбенового дерева - чёрный, матовый, как уголёк, - инкрустированный тонкой серебряной нитью, застывшей в изящном узоре. Анна действительно случайно о

предательски дрожал. Она чувствовала на себе прожигающие взгляды - двадцать па

ире. Он чуть наклонился через стол, и теперь только Анна видела тепло в его серых глазах.

ободком от мела. Прикосновение длилось секунду. Но оно обожгло обоих

.я с

ваты. Она просто смотрела в эти серые глаза, забыв, где она. Забыв, что

. Маска неприступности снова легла

- бледные, полные священного ужаса и восторга. Кто-то приоткрыл рот, з

его прорезались металлические нотки, холодные и острые, как лезвие. От

Александра задержался на гаджете ровно на секунду. Этого хватило. Пахомов мгновенно уб

чи, Анна В

ловы - и вышел. Охранник шагнул следом, бесшумно,

е шаги - удаляющиеся, затихающие,

ина. Никто не шевелился. Да

вой. Чёрное дерево, серебро, изящное перо - вещь, созданная не для писанины, а дл

ернуть голосу привычную учительскую

взор

ый? Девочки, смотрите, какая ручка! Это же Паркер? Нет, это что-то дороже! - ахнула другая ученица, пытаясь загл

Краска залила щёки, ш

сли вы не против, у нас урок ли

асскажите! А что у вас в машине? А куда вы ездил

ручку. На эти серебряные узоры на чёрном дереве. - Он... друго

д. А на перемене вокруг Анны собралась толпа - не только из её класса, но и из соседних, прослышавших о визите. Они стояли в дверях, загл