л

ераздирающе за

ый нож мне в холодную ладонь, а

е убивай меня... Я отда

а полу, безу

ь в коридор с гро

кой-то разборки, вошёл в сопро

в луже крови, и меня, стоявшую р

» – взр

ах вспыхну

сниться, он шагнул впер

х.

иановую колонну. Мои ноги повисли в возду

о зрачки сузились, как у звер

то становишься послушной,

пальцы сжимались, гро

рассказать о том, что Мария сама себя ранила,

на человека, который когда-то был мне всем

ужна был

лишь повод н

трий внезапно

с обрезанными нитями, и, сползая

ся и нежно обнял

едленно!» –

ь к нему, дрожа,

, что я заняла её место... Она

отрел на меня с крайним

тупающую кровь и хрипло произнесла един

ей», – мой голос был слаб,

а затем холод

ч? Что ты теп

голову и посмотрела на него. – «Я куплю обезболивающи

ах мелькну

ал мою просьбу, приняв её за г

оверю в эту чушь? Ты хочешь пот

ную коробочку и надел на шею Марии колье с

льнодействующим обезболивающ

о сегодняш

о швырнул ампул

лась по холодному полу и

им элегантным кожаны

вниз, его тон был жесток. – «Подползи, как

сь в его объятиях, пр

лекарство, а затем на холодно

вечности по отношению

одную руку, но

я я медленно подняла ногу и со

ус

ила её в

о смешалось с оскол

ух з

исчезла, в его глазах отра

ы.

ги, даже не удост

ерез осколки и кровь, решитель

порыв метели растреп

каждый мой шаг ост

здавленное мной лекарство, то на одино

олируемое, потаённое чувство трев