ладислав Морозов сидел в своём кабинете, откин

ой тишины. Телефон молчал. Ни одного

и, спрашивая, поел ли он, не устал ли. Эта назойливость его раздражала. Но

рожно вошёл ег

озов, докумен

л: «Я узнавал...Софьи Belova... три дня

елал

Малогорск? Врачи сказали, её с

сошлись на переносице

а в мою постель, а теперь пытается м

тно уверен в

енется? Одинокая сирота с двумя детьми на руках. У неё нет н

но швырнул р

Рабо

шёл к панорамному окну. Он налил себ

щее беспокойство. Он с такой силой сжал стакан, что тот с т

жарко спорили, какие подгузники лучше – японские или немецкие. Николай, затаив

и терпеливо, с ложечки, кормила

шками, с улыбкой наблюдала за

ней и нежно пог

вили. Как только оформишь развод, мы с малышами заб

ения, пережитые в доме Морозовых, казалось, ост

зов ещё поплатится за в

кивнул. На его суровом лиц

нсовые потоки "Мороз-Пром".

неотвратимо набирать обороты. И высокомерие Владислава Моро

чащий телефон. Он не мог уснуть. Ладонь, порезанная стеклом, болела, но н

чему эта всегда такая покорная женщи

т снова вошёл Иван, ег

она как будто исчезла. Её выписали из общей палаты, а куда – неизвестн

лав вс

окирована

. Он не знал, что женщина, которую он мысленно называл «нищей сиротой», в этот самый момент с улыб