лиц

огда я вошла в кафе «Синяя птица», и н

чего не и

го кофе и ванили окутал меня, словно призрак, ут

уда, а выбрала место у стойки, спрятавшись за высоким фикусом, откуда могла видеть дверь, ос

о место? После всего, что он сде

закончится здесь,

оленях, каждые несколько секунд поглядывала на

Бариста, как и прежде, мурлыкал что-то себе под нос. Персонал двигался по зал

и обаятельное. Его рука тянется к моей, пальц

го не любил так

и. Как замирало сердц

произнёс он тогда. – И квартира тоже. Тебе больше не п

, пока его взгляд был прикова

ь горький смешок. Какой же

на каплях конденсата, стекающих по стака

инуты. П

что он снова меня обманул, когда ко

у. Будто не опоздал на двадцать минут. Будто за

етины на его шее. Свежие. Явные

м бы ни была эта встреча, я не позволю ему увид

оложил руку на изогнутую спинку диванчика – от него так и веяло тем бесящим высокоме

чём дело, Марк? Что тебе нужно? Я больше не часть твоей жизни. Зачем ты срываешь мои

клонил голову. – Хотел, чтобы ты поняла, что происходит, когда пытаешься

, и ответила: «И что дальше? Чего ты ждёшь? Чт

ял, каждую квартиру, которую предоставлял, всю ту роскошь, которой ты наслаждалась. И что я получил взамен? Ничего

рожащим от ярости голосом, чувствуя, как к горлу подступает тошно

зал: «Ещё как должна. Но мы можем это уладить. Подари мне что-нибудь сладкое на прощани

последне

к полетел в воздух, описал дугу и окатил лицо мерзавца. Теперь он капал с

ешь, деньги и власть делают тебя неуязвимым? Я тебе доверяла! Я тебя любила! И вот это, – рука дрожала,

сла абсолют

осто сидел, застыв, – с волос капал ап

у привстал со стула и, задыхаясь от злос

а слушать

ся сердцем, оставив Марка позади – мокрого, униженного и полностью

*

преподал мне жестокий урок: слова Марка, его высокомер

ались на полпути. Я чувствовала, как его невидимая рука душила все мои возможности на корню, пока не оставалось ни одной. Растущие медицинские сч

ани» – самом высокооплачиваем

м женщины-кошки, который почти ничего не скрывал. Завязывая фа

в глазах. – Не накручивай себя. Просто улыбайся, раз

музыка, гомон слишком многих людей в слишком тесном пространстве. Я лавировала между

двыпившими офисными работниками и

мне уйти, зажала возле сервисного столика. Один из них рассмеялся и

я из себя. – Оставьте м

мгновение чья-то рука легла мне на талию, притягивая ближе. С

иво бросил другой, подн

и сомкнулись в круг, отрезая все пут

них упа

неё руки. Н

мужчины, что домогались меня, испуганно замерли.

чистую, смертоносную властность. Сам воздух вокруг него,

обжёг меня изнутри, и сердце споткн