ца Ав

ткрытую, гниющую плоть. Аделаида зажмурил

смыл поверхностный слой гноя и грязи, об

ту некротическую ткань нужно было иссечь, ина

кальпель. А у м

ди мне самый острый и маленьк

несколько минут она вернулась с маленьким ножом для

езвие ножа в огне, наблюдая, как оно раскалилось до тускло-красного, а

дра спиртом. Резкий запах спирта наполнил воздух – чистый аромат, борющийся с

цо её было бледным, и казалось

ак камень. Я сделала глубокий вдох, наклонил

были точными, выверенными. Я иссекала только мёртвую, почерневшую ткань, сохраняя каждый миллиметр

да я наконец удалила последний кусок некротической ткан

осками льна. Завязав последнюю повязку, я в

то умираю от голода. Я н

те раздалось громкое урчание. Он

ской, и она в смущен

квозь усталость на моём лице проступила искренняя улыбка. Это был первы

её врасплох. Она подняла г

лодна», –

о вспомнила чудесную тайну. Она подбежала к небольшому узелку со своими

утри оказались две золотисто-кори

ротягивая мне одну, словно драгоценное подноше

чного масла и карамелизирова

дкая начинка таяла на языке. В этом холодном, полном отчаяния

Безволкой. Я была не просто хирургом. На мгновение я стала прост

да – единственный человек,

ри мерцающем свете свечи, и ел

перевязаны, и дыхание казалось чуть менее поверхно

едение серебра из его организма, обеспечение пит

ре, впервые я шла