ца Ав

ткрытую, гниющую плоть. Аделаида зажмурил

смыл поверхностный слой гноя и грязи, об

– всю эту некротическую ткань нужно было иссечь,

кальпель. А у м

ди мне самый острый и маленьк

несколько минут она вернулась с маленьким ножом для

езвие ножа в огне, наблюдая, как оно раскалилось до тускло-красного, а

дра спиртом. Резкий запах спирта наполнил воздух – чистый аромат, борющийся с

цо её было бледным, и казалось

верда как камень. Сделав глубокий вдох, я накл

ыли точными, выверенными. Иссекала только мёртвую, почерневшую ткань, сохраняя каждый миллиметр ж

а я наконец удалила последний кусок некротической тка

еднюю повязку, я выпрямилась, и меня накрыла волна изнеможения. Толь

те раздалось громкое урчание. Он

ской, и она в смущен

квозь усталость на моём лице проступила искренняя улыбка. Это был первы

её врасплох. Она подняла г

лодна», –

лько что вспомнила чудесную тайну. Подбежав к небольшому узелку со своими

утри оказались две золотисто-кори

ротягивая мне одну, словно драгоценное подноше

чного масла и карамелизирова

дкая начинка таяла на языке. В этом холодном, полном отчаяния

е имеющей волка, не просто хирургом – на мгновение я стала просто

да – единственный человек,

ри мерцающем свете свечи, и ел

перевязаны, и дыхание казалось чуть менее поверхно

едение серебра из его организма, обеспечение пит

ре, впервые я шла