нным, и вскоре зелёная кривая пульса Дмитрия вновь

ь рефлекторной реакцией на болевой раздражитель, а до полно

ущий персонал решал с вопиющей халатностью. Под телом Дмитрия лежали лишь старые, сырые и

пустись в прачечную или кладовую. Найди самую плотную хлопковую ткань, какую сможеш

?» – Аня непони

бы они нашлись в доме, так как любой предмет извне мог быть пропитан новой порцией токсинов. Пока Аня бегала за материалами, Елиз

рохом тканей, они вдвоём приня

, обнажая нижнюю часть тела мужа. Аня мгновенно залилась краской до самых корней волос. Горни

я, не зная, куда деть глаза от неловкости. – Он же... всё-таки мужчина, молодой г

овным, безупречно спокойным голосом ответила Елизавета. – А для по

ах подошла к кровати, стараясь

е словно стал плотнее. Даже в состоянии глубокой комы Дмитрий Дубов обладал телом прирождённого бойца: рельефные линии бёдер, узкий таз,

ром. Её движения были мягкими, точными и лишёнными суеты. Она бережно подложила самодельную впитывающую конструкцию под поясницу Дмитр

ернуть корпус. Сквозь латекс перчатки она физически ощутила, как по телу мужчины

прикусила губу, чувст

е Дмитрия, но её пульс остался невозмутимым. Она натян

безопасности», – произнесла

что пережила тяжелейшее испытание: «Госпожа...

й. Для неё это был не стыд, а шаг к

я тыльной стороной ладони испарину со лба. Тишину

й, панический писк кардиомонитора. Зелёная

ила ладонь к широкой груди мужа. По

вверх, переваливая за критическую отметку.