й комнаты. В девять утра она уже стояла перед мутным зеркалом в прихожей, методично застёгивая пуговицы строгого белого платья из плотного хлопка –

е, а рядом – сложенный вчетверо больничный талон с но

ранитными ступенями, дул пронизывающий осенний ветер. Лилия подняла воротник, нервно комкая в кармане бумажные салфетки, и почти сразу зам

вета воронова крыла слегка трепал ветер. Золотая оправа очков придавала его мужественному, словно высеченному из ка

раясь на полированную рукоять своей трост

ик, и в его голосе прозвучало искреннее уважение к её

из-под стёкол очков, и на долю секунды Лилии показалось, что этот ч

лосом, протягивая ей увесистую папку из синей кожи. – Здесь брачный договор, который он вчера попрос

елами об ответственности сторон и порядке расторжения союза. Пункт о раздельном режиме собственно

из сумочки простую шариковую ручку и твёрдой р

а она, возвращая документ мужчине. – Меня интересует исключительно зак

омелькнуло неподдельное изумление: большинство женщин в его окружении

рая один экземпляр. – Теперь заходите внутрь. После рег

людей, и они впервые за утро с неподд

зу после регистрации разъедетесь по разным адресам, ваши родственники и знакомые быстро поймут, что

мум месяц, прежде чем она действительно станет замужней женщиной. Однако старик велел ей приехать в ЗАГС уже на следующее утро. Сомнение ненадолго шевельнулось в душе, но Лилия быстро убедила себя, что у Дмит

, но перечить властному родителю не стал, лишь молча распахнул

ромко зазвучал свадебный марш Мендельсона. Женщина поочерёдно спросила Лилию и Константина, подтверждают ли они своё добровольное и

ла сотрудница ЗАГСа, возвращая молодожёнам паспорта и протягивая им одно свиде

во, навсегда перечеркнувшее её прежнюю, полную унижений жизнь:

Дмитрия Николаевича у здания уже не было. Старик у

коробочку глубокого синего оттенка и щёлкнул потайным замком, яв

– Игра должна быть убедительной до мельчайших деталей. Я

щущая, как тяжёлая реальность нового статуса накрывает её с головой, пока мужчина