ца Ни

амому себе, правда в конце концов

что это легко. Потому что она легко заводится, и

то н

естен, даже в собственной голове, – всё началось

ось в сре

язычок, – но она больше смеялась. Она могла брызнуть водой сквозь зубы в Дениса за обедом или бежать с нами наперег

невидимкой. И не

изгибалась выше с правой стороны. То, как она морщила нос, когда соср

о нрав

ом си

ло меня до

с – мой друг, мой квотербек, мой брат от другой мате

ать. Поддразнивания, уколы – называйте как хотите. Было проще играть роль прид

эта маска

т самый парень. Тот, кто указывает на лишнее масло

то-то говорю, каждый раз, когда наблюд

рю на

ю на её

том, о чём

еделя был

с миской попкорна, делая вид, что ей всё равно, если мы всё съедим. Она села на

ялась над каким-то глупым комментарием по теле

слышал эт

ым. Не пытался спрятаться.

оторват

у меня всё внутри сжалось в тугой узел. Пот

то я на н

, за всеми этими подд

е во вс

у остана

большего, чем быть тайной, которую я прячу по

з стол или огрызается какой-нибудь пламенной отповедь

краю, тем сильнее хочу увид

ну прятаться за шутками и

как она заправляет волосы за ухо, когда нервничает. Что я думал о том, к

я её вывожу из себя, н

ставляет меня чувст

особ с этим справиться – застав

емноте и глядя в потол

поздно я больше не

енисом, команда, хрупкое равновесие, котор

пра

ина наконец увидит меня

сам подожг