ица

бесконечным. Каждый мой шаг отдавался в ушах гулким эхом, словно обратный отсчёт до катастрофы, которой я пока не могла подобрать названия. Руки предат

поди, а ведь я тогда пр

приглушённом свете клуба. Я спускалась осторожно, словно на автомате. Разу

ерелье.

кусочкам, чтобы стать для него идеальной, безвольной женой. И всё ради

лестницы, когда у

етл

казался мне синонимом дома и уюта, а теперь скрежетал по о

ажение, которое носила последние полтора года. Маска легла привычно и легко,

сказки. Вокруг толпилась его свита: Максим со своей вечной издевательской ухмылкой, Кирилл, лениво листающий что-то в телефоне, и ещ

которая грела ему постель, пока его др

ьную фигуру, о которой я могла только мечтать. Её рука по-хозяйски покоилась на предплечье Демида. Идеальный мани

а раздавила бы меня. Сего

янулась следом, словно придворные за своим королём. – Я как раз рассказывал вс

скрытую в них ядовитую насмешку. Просто раньше я была

в пол, как он любил. – Я просто хотела уб

зким и режущим слух: «Как мило. Же

о я заставила себя проглотить его. Ещё не в

показалось, что он хочет взять меня за руку. А потом я увидела его взгляд. То самое требов

му нужен

верху контейнер и жирный бульон, вп

новенно заледенел. – Только не говори мне, ч

настоящим профи во лжи, в притворстве, в умении быть той удоб

очно метались. Можно сказать, что оставила его в

н резко дёрнул меня на себя. Хватка была болезненной, до синяков, но я да

как мне казалось, я видела шестнадцать лет назад в своём горячечном бреду. Неужели я и правда убедила себя, ч

амору. За спиной послышался голос Максима – он отпустил какую-то шутку, и вся компания заго

ти впились в ладони так сильно, что на ко

сь уродливое тёмное пятно. Я подняла его, чувствуя сквозь ме

ля. Вываривала косточки, снимала жир, добавляла именно те тр

ка я играла роль преданной жёнушки, доставляю

ей груди, прозвучал гор

ня внизу – живая картина из высокомерия и обыденной жестокости. Алина прижа

росил Демид, снов

ил крышку. Из горлышка поднялся пар – уже не тако

тем налил немного бульона в крышку. Его л

ромко, чтобы услышала вся его свита. –

ло бы фатальной ошибкой – не нужно было вести свою игру очень осторожно. Нужно было оставатьс

озволив своему голосу жалко дро

ая меня, и его голос сорвался на рык. – Я прошу тебя об одной эл

аставила себя изобразить глубочайше

ул Кирилл, всем своим видом показ

не з

лазах то, чего раньше в упор не замечала – наслаждение. Ему нравил

наших отношениях есть определённые станд

одит. Он просто перевернул термос и в

жигая кожу. Овощи и лапша налипли на ткань, а затем мерзко поползли вниз, шлёпаясь к моим ногам.

летворением. – А теперь возвращайся домой

так, чтобы слышала только я: «Приведи се

и унижением, и чувствовала, как что-то внутр

была смерть той отчаянной, слепой иллюзии, которая держала меня на цепи. Привязывала к это

: «Чувак, ну это жё

ла Алина. – Она всегда всё т

мотрела на каждого из его дружков. У кого-то из них было моё ожерелье. Кто-то и

ыбкой сломленного человека, котор

я. – Я сейчас же поед

ь была как абсо