ица

енного тяжёлого дыхания резал слух. Смех и пере

огнала меня, преградив путь. Её лицо было маской фаль

её голос источал фальшивое сочувствие. – Но ты не можешь винить Алекс

из нас, кто не мог трансформироваться. Напоминан

азличным и пустым: «Отойди. Нам бол

сменившись неприкрытой, уродливой злобой, которую я так хорошо знала: «Думаешь, ты в

редназначенного только для меня: «Всё, что было твоим, скоро

ой глубокой неуверенности в себе. Но та часть меня

губ: «Вот как? Тогда тебе лучше молитьс

ь ей удовольствие от ссоры. Я знала, что люба

тихом, пустынном коридоре. Внезапная тишина принесла о

голос раздался у

неп

ердце подпрыгнуло к горлу.

алось, сделала коридор теснее. Вблизи его глаза были ещё более поразите

евоги. Я инстинктивно сд

нами медленными, размеренными шагами. Он дви

ле удара молнии, смешанный с чем-то древним, похожим на дым и

згляд был пронзительным: «Вы не бесполезны, леди Соко

лный предательства и презрения, он стал первым чело

я туника, безупречно скроенная, но не украшенная гербом ни одного из знакомых мне домов. Вс

азала я, мой голос был напряжён от осторожности, к

о ничуть не задела моя настороженность: «Всё довольно просто. Я

ать: «А у меня, так уж вышло, есть своё собственное затрудните

небрежно, словно

Я не могла сформулироват

воина. «Поскольку нас обоих так некстати бросили, – сказал он, и его г

вершенно пусто. Мир на

о тон был спокойным, но в нём чувствовался вес, приказ, который невозможно было проигн

ыло безумием. Пол

будущего, имени и достоинства,

спасател

о его глаз, и моё сердце отб