мужчину... и да, не знаю, что делать! Подруга ткн

ь ему хотя бы. Наме

етила я, не поворачиваясь к Ло

и тот отозвался хрустальным звоном. - У нас сегодня мини-дев

рядилась так, что ничег

одолел разделяющее их с Мидьяром расстояние и повис у него на шее. А после недолго думая попыталс

та, но почти сразу игриво доба

окрылось инеем, и я резко отвернулась.

ое. Действительно, богатый, красивый, с отличной должностью, но не зануда, а еще и музыкант! Ярр играл

други. Оставалось лишь расплатиться, и так как хотелось сделать это

тцепив от себя деви

н, облокачиваясь на толстую дубовую стол

фифу, что дулась теперь в углу. Почти сразу все же вспомнила о вежлив

нта переселенцев на рукаве. - Сегодня был сложный день. В последнее в

ные мне, как Смотрительнице библиотеке, темы. А бюджет - вечн

потоки нестабильны, и увеличение числа ином

телось не лихорадочно подбирать темы, а просто уйти. Мидьяр же, каже

га

ена у меня за плечом, а в глубине душ

тил ей очаровательной до безо

о, пока подружка хлопнув

лько о вас

и стянул его, оставшись лишь в тонкой рубашке, ч

ал он, игриво скосив на меня синий взгля

у, - мрачно

был прав и т

пытаюсь вносить логику и здравый смысл, а он до бе

ы потому, что в голове буквально из каждого закоулка эхом доносил

ь

а, прид

ла я и, положив на прилавок мо

е! Осталось продержаться всего два месяца, а пото

ло четкое ощущение, что он сейчас вещает не только о самом факте моего ухода из трактира

, по

уб коснулась ленивая, соблазнительная усмешка. - Это как минимум вежливо, Мирра.

ела такие хор

подножку мне поставила Лорена, хотя

вольствием

дить? Это будет не то что н

, как Ярр легкой походкой идет к сцене, по дороге здоровается с друзьями и

ему-то ст

еланхолии, освещение стало приглушенным, а п

казалось, что эти слова лишь мне одной, лишь для меня... и что нужно

у выбравшейся из угла блондиночки, т

юю медь и бегущую воду. Я вдыхаю твой запах, когда

по коже словно пуховкой, оставляя после себ

й, и я могла сколько угодно убегать и плакать... потом. Но когда он пел и смотрел на меня, я не помнила ни о женихе, ни о долге перед семьей, ни о том, сколько

тона отраженного света. Я почти научился любит

а покрывалась мурашками, и тело начинала бить легкая дрожь. Таких бардов больше не было. Тех, кто с головой окунают в свои э

ые женщины, когда красивые мужчины

елают

спрыгнув со стула, я схватила

я посмотрела, но отговарив

овод

оде как вполне в

нтарные узоры света, который лился меж стальных переплетений кованых фонарей. Прохладный воздух кинул в лицо смесь запахов большого

ел он действительно для меня. И хотелось, о великие Стихии, как же мне хотелось на одну ко

осто шагнуть к нему ближе, коснуться носом шеи, прикрыть глаза и вдохнуть горячий запах миндаля и его тела. Положить руки на ши

виски и потрясла головой, ста

е всегда ходило

е всегда казалось глупым твое прозвище. Мышь. Но надо признать, ч

нок и мостовую, но и как минимум пару десятков метров земной коры. Так,

их отно

нившись боком к стене трактира. Поза была самая по-мужски агрессивная. Скрещенные н

ка не поздно. Свежий воздух добил в

то у меня есть жених, стало быть, ни о каких о

еня не стал, просто шагнул вперед, запустил руку в

вает мир в радугу цветов, воспламеняет кровь, заставляет за

с или еще при первой встрече? Но неважно, это

овение он, жадно целуя

ивые губы, сильные руки, прижимающие к худощавому телу музыканта. Худощавое? Мускулы-то ощущаются. Пробежавшись руками по пле

го не помню! Неуж

есни «Я умею смотреть на тебя