центры. И охрану твою ненавижу. Неужели это так

ухти. Мы ведь уже милли

ай поговорим в

это разбирательство! Как только все закончится, ты опять сможешь ходить

росто сливаются с окружающим ландшафтом! Попросил бы одеваться что

! Что с тобой, почему

белоснежным платьем до колен. Белые же сапожки на высоченной шпильке делали ее еще стройней и ярче. Никакого вызывающего макияжа и сложных причесок – просто шикарная грива свободно спадающих огненно-красных волос длиной ниже поясницы. На смуглой коже ни единой морщинки, большие ярко-синие глаза, окруженные густыми, неимоверно длинными ресницами.

ым женским журналам. А потом еще начались эти вопросы о ребенке. Ребенке, который, несмотря на все усилия и заверения врачей, что они оба совершенно здоровы, никак не получался. Разговоры об этом стали бесить Ясмину, и в сердцах она неоднократно кричала мужу, чтобы он убирался и делал так нужного ему наследника с кем угодно. Отношения стали разваливаться. Почему-то оказалось, что без их безумного секса им и поговорить-то вообще не о чем. Так длилось около двух лет, и ежедневные скандалы стали нормой. Жить было н

омнила, что может получить больше, чем уже получила. А Ясмина смотрела на него сухими глазами и понимала, что этот мужчина не вызывает в ней больше никаких чувств, кроме привычного тепла и удобства. Когда безумная страсть, что отрывала их от поверхности земли

кам. А Феликсу пришлось принять то, что у Ясмины появился любовник. Они поговорили об этом только раз, и он, поняв, что в этих отношениях нет ни капли романтики – только физиология, решил смириться. Сходил к психологу, и тот разъяснил ем

дилась под охраной. К тому же не следовало забывать о журналистах и конкурентах. Поэтому о свиданиях п

с этим было бессмысленно. Желание текло в ее венах вместе с кровью, а иногда и вместо нее. Иногда Феликс, смеясь, г

ышко, ты о ч

О

анно глянул на не

частлив, что ты все же остала

о что-то такое

се же рядом. Ты ведь знаешь, что я сделаю для тебя все что угодно? Я хочу, чтобы ты была бесконечно

да за мной перестанут таскаться двое здор

хочешь перекусить? Тут р

давай

щью и дикой, просто животной исходящей от него силой и сексуальностью. Толпа огибала его, как скалу, никто не решался толкнуть или попросить подвинуться. А он стоял, одетый во все черное и сложив на груди мо

ему-то страшно. Просто откуда-то из глубины соз

того человека? – Голос мужа вырв

лечи и заглянул в гл

о он так смотрит на меня. К

рят на тебя с вожделением. Ты ведь у меня совершенно потр

о на них незнакомца. Теперь он перевел взгляд на Феликса, и она с содроганием прочитала в них об

оту на выставку холодного оружия? –

ажные встречи с комитетом и масса всего. И ты ве

ня. Не помню, чем оно было для меня в прошлой жизни, но уверена, что на

наю,

, чтобы эти твои охран

т, Я

понимаешь! Я не желаю быть посмешищем, гуляя ме

едешь себя к

ели

ь тебя перед зданием, если п

буду паинькой!

и полгода, и ей просто не терпелось увидеть своими глазами эти прекрасные клинки. Оружие действительно вызывало в ней благоговейный трепет и желани

мина выпорхнула из машины и, перепрыгивая, как девчонка, через ступеньки, понеслась внутрь. Охранник все же

на не заметила, что из самого дальнего плохо освещенного угла зала за ней с мрачной жадностью наблюдал тот напугавший ее недавно человек. Пробегав между экспонатами пару часов, Ясмина решила посетить местную комна

м, на грани откровенного рыка, голосом, от

е, м-м-мы

мец, заставляя женщину сжаться в страхе. – Подлая шл

к сотрет! Убирайтесь! – гневно крикнула Ясмина, о

касаться твоего тела, я выпотрошу! И того молодого ублюдка, что ублаж

ажал на шею. Бедняжка успела лишь слабо

й, Повелитель

й, как его Кариба? Да ничего! Но тут же пришла мысль, что именно этот человек рядом с Карибой уже пятнадцать лет, и опять захлестнула бешеная ярость. Как этому жалкому дряхлеющему смертному удалось удержать ее так долго? Ненависть полыхала, выжига

кричало само

ровь в каждой клетке

измученный бесконечными

попытался бы ему помешать, забрать свое, чтобы уже сегодня опять почувствовать ее тело под собой. Сжав до хруста зубы, он заставил себя отступить. Не сейчас. Ждать осталось

не мешкая, последовал за ней. Она, ни о чем не подозревая, мыла руки и, почувствовав его, подняла глаза. И опять в них нет узнавания. Лишь страх. Но Кариба никогда не боялась его. Нет, она всегда, дерзко глядя в глаза, бросала ему вызов. Что ж, может, это ее новая роль? Ему плевать. Он забирает ее, а разбираться будет позж

ющее прямо под его кожу даже сквозь их одежду. Никто не посмел остановить его, и он вынес бесчувственную женщину через

все же неуловимо изменилась. Он вспомнил, как редко случалось ему видеть ее такой тихой и расслабленной за то короткое время, что они провели

овелитель? – спроси

. Моя жена о

к-то изм

пристально, и я не посмотрю, чт

Просто... это точно она? Я н

выпил без остатка этот мир. Разве сам не чувствуешь, как обессилел за время, проведенное здесь? А ведь на нас защита, и возвращали

ернуть ее дракона? За

мир настолько расслабил тебя, что ты считаеш

Просто я считаю, что она должна быть нак

берусь сам. Никого из вас это не касается, и вы обязаны п

ль. Когда откр

о мы будет дома, и в

хозяйка опять

Кариба никогда не сдается.

от странны

нать, где она находится. И снять его могу только я. Так что она может пытаться бежать до тех пор, пока не смирится

чный забор вокруг участка в точности соответствовал их целям. Р

ден, – бросил он ч

тельно выбирали дом, из которого нельзя убежать. К тому же особняк стоял несколько на отшибе, и даже криков никто не услышит. Все было продумано. Взглянув последний раз на дом, он закрыл и запер за собой ворота. Его ждут удо