ба

сячу лет

Вы уверены в своём решении? – спорил со мной дов

вами, – беззаботно отмахнулся я, перевернув вверх дном все

ня и Корнадор, пока вы н

й-то жалкий клочок земли? Аскелетон! Живи, потому что я не планирую возвращаться. И пре

потому что он криво отозвался о Богине. Мне было пле

оящее. Рядом пятнистый хирос неприветливо щурил светлые глаза, которые так напоминали мне из

Мы поможем друг другу найти

фырк

еня! С чего я дол

ссме

гини. Мои наоборот пом

упрямо прорычал кот. Черты характера прям

а под ней не моих с

ервно дёргая хв

и? Или я попа

И я вытащил твою тушку из вечно

одумала тоже, что и я?» – дога

л и разве

ь, малыш. Я с

доумевающего хироса

рь я тот, кем был сначала – п

анной мол

ла к Сати?» – наст

ить, но вместо этого добавил ей новых проблем. – Пойдём, Локи. Здесь недалеко, –

, скрытая туманами и холмами была прекрасна. Я понял, что воскрес примерно в часе пути. Туда мы и д

о куда её закинуло. Наша связь оборвалась с моей смертью, я не чувствовал её, пока нет. Но помнил, что есть

хирос, передёрнувшись

. По земле пробежала морозная дымка, означ

но глядя на меня. Локи подскочил от неожиданности и удари

л ладонь и провел окровавленным пал

вало, что ещё минуту назад Аскелетон был духом. Мужчина преобразился и стал таким, каким

Комплекс зданий имел форму прямоугольника с бесконечным внутренним двором. Тёмно-бурый камень то здесь, то там покрытый фиолетовым плющом на фоне зеркальных окон, которые были моей гордост

Сумеречный мир остался в прошлом, а волколаки теперь связа

и наслаждался тем, что дышу, вижу и просто живу. Кажется, я забыл, как это пре

иру, который сейчас правит вашими земл

о его зов

меня нескольк

– Локи?» – тень души

– закр

вился, сыто облизываясь.

отерять. Да, я надеялся снискать дополнительную

в Исталон? Там остались её друзья.

плющом. Кроме него, всё

алы, как не работали, так и не работают. Поэтому,

оберусь до Исталона»,

я преданность. О Боги! Эта упёрт

со своим положением, и мы вмес

прямо прошипел Локи, нервно под

нимать меня в штыки.

ет, на нашей ли ты стороне, А

ользнул из резиденции. Знал ведь, хитрый