е лились по щекам, тогда ведь и Рафаэль будет продолжать собирать их губами. Пусть не останавливается, пусть и д

твязаться, избавиться и укатить в неизвестном направлении. Я хотела наброситься на него с кулаками, выкрикивать ругательства

имавшие меня и эти невероятные губы. Я с трудом подавила порыв впи

Которое, как я уже тогда понимала, ускользает от меня. Но я не хотела верить, отчаянно цеплялась, не понимая своего влечения, не осознавая, ка

текли по моему телу, концентрируясь внизу живота. Даже невинное касание к нему заставляло гореть, плавиться

приоткрылись, так же как и сердце, я готова полностью принять вам

шел вразрез со словами. Я бы многое отдала, чтоб

– удержала

вно изнутри пробивается тьма его желаний, показывается на п

люсь... - хлопаю невинно глаз

акую улыбку. На душе становится еще теплее. Интересно, какой он без

фчик под платье я изначально не одевала. Нагибаюсь, чтобы взять

жатым в руке темно-зеленым платьем. Забирает его, и начинает меня одевать, касаясь руками кожи, медленно, чувственн

с ней языком, мои глаза закатываются, дышать невыносимо тяжело, между ног мокрота, пуль

юсь себе. Распутная, соблазнительная, и этот неестественный блеск в глазах, словно под действ

струмент. Длинные пальцы перебирают ткань на животе, он смотрит на меня с интересом, вожделением, и все же горечь его метаний, внутренней

ову, отходи

душе, - говорит глухо. Понимаю, старается пер

равится тебе, -поворачиваюсь и смотрю на него, подхожу ближе, загоняю в уго

, - неожиданно, хлестко, бол

лыбается грустно, обреченно, улыбка, котора

я без одежды, - шепчет еле слы

взгляд. Словно действительно хотел передать меня в руки стае со всем необходимым. Косметика, предметы ту

в багажник. И большую часть, нам обещали

ине я зло

ло. Ты сам прекрасно зна

я было все необходимое, - голос бесцветный, безжизненный

*

оследнего не веришь. Не хотела думать, что он скоро уедет. Что я останусь одна, не буду видеть

ваться из-за вампира. Чужого, незнакомого мне. Что я знаю о нем? Ничего. Практически полный но

тпустит. Оставит рядом, заберет с собой. Как хотелось убежать с ним от удушающе

Отогревает меня, измученную, истерзанную. И только чтобы вот так исчезнуть? Нет

у-то мне казалось, он единственный может меня защитить, сможет проти

агроветь на моих руках. Я не имею права так рисковать. Да, и по сути кто я для него

кнула, поднимаясь по лестнице к себе в комнату. Рафаэль исчез сраз

бесшумно удалился.

Потом ходила из угла в угол, тишина давила. Легла на кровать, пробовала уснуть. Все

пока я тут, нельзя отчаиваться, надо пытаться, бо

коридору, заглянула в комнаты – ни души. Стала спускаться по лестнице, босая, в приобретенной сегодня шелковой длин

глаза, в полумраке их мерцание так завораживало, что я

отичным шепотом. Каждое д

и продолжаю наслажда

и несет обратно на второй этаж, - Ты же оборотень, как можно быть такой неуклюжей, - в голосе такая т

ости, - он странно на меня посмотрел изучающее, сканируя, и ничего не ответил. А я обвила шею

в комнату и осторожно поста

, подняла голову, губы так близко

одить, - шепчу,

бается, крепче пр

пир опережает мой порыв и неуловимым движени

укутывает меня одеялом. Подн

громко, что у самой

ся, смотрит в

боль

тебя ведь нет повреждений, - говорит утверди

уку и кладу к себе на грудь, - Тут болит..., - ладонь

дони по щеке. Закрываю глаза, дрожу, как же волшебно, сказочно. Отчетливо понимаю – его касания стали для меня потребностью. Же

взгляде грусть, словно она прид

прошу... - вкладываю в слова всю нерас

оих рук, гладит плечи, волосы, руки, трогательно, казалось бы успокаивающе, а у меня

черным халатом, он прижимае

... Э

ы, которые я не могу пересечь. К утру ломка в теле стала невыносимой, но я ни за что н

рвые лучи солнца, я уснула. Не заметила как, ви

и посланием от Рафаэля, чтобы я собиралась, готовилась к поездке. Выход