ружить с головой далеко пойдешь! – блондин прижимал меня к себе. А я удивлялась, по

аду? – сказала тихо, скорее

ого раза обзавелась несколькими влиятельными покровителями! – он ущипнул меня за ягодицу через п

помещение, похожее на гример

се, чтобы она подтверждала свой титул и сияла на радость нам! – он положил меня

ка лет тридцати, лучеза

д душ. Потом меня причесывали, делали укладку, вытирали запекшуюся кровь

ж не поможет, брюнетка посмотр

аботу делайте, об ос

Потом не удержалась, видимо, мое обреченное выражение лица не давало ей покоя, и

тся, переживает, а вы тут комедии показываете! Ой, не хор

и ножом сердце, а после заботливо украшали пустое тело. Интересно,

я могла назвать его т

хлопала глазами, а на

от момент было все равно. Статус

творить с ней любое извращение и просила бы еще. А я лишь пожала плечами, плевать. Боксер, и что? Я должн

о, что превратили мою жизнь в ад, и по всей вероятности останавливаться не собираются? Х

пора. Взгляд стал более осмысленным, а недавние события, постоянно мелькали перед глазами яркими ка

оем настроении. – Столько трудов прекрасных фей, а ты хочешь все соплями своими испортить! – блондин залез в

нственным желанием. Зачем я продолжала участвовать в этом спектакле, я понятия не имела.

но спросила себя: «Неужели, он ни на грамм не сожалеет о содеянном? Неужели в его сознании не зародилось да

о. Но если бы я знала тогда, в какие извращенные игры заставит меня играть этот боксер-чемпион, кумир тыся

видя мою нерешительн

ю таблетку, хуже все равно не могло

ся киндер-сюрприз после наших развлечений!

ась перечить, послу

веркающие украшения, обули в туфли-лодочки, на не слишком высоком довольно

шаг отдавался болью в промежности. Боксер придерживал меня за руку, и

асслабилось, подозреваю, начала действовать таблетка. Когда мы при

гляд и растянула губы в идиотской улыбке. Я приклеила ее к своему лицу, как фальшивую маску извращенного притворств

й. Я оказалось живучей, умеющей привыкать и приспосабливаться к любым обстоятельствам

подходили ко мне, облапывая меня похотливыми взглядами. Поздравляли, и рассказывали, насколь

я! – за моей спиной раздал

я так, словно и не было этих пыток, всего несколько часов назад. Я промолчала и п

е лживые прикосновения. И самым кощунственным было, что даже сейчас

о? – он

ишь меня! Я сделал тебе подарок, хоть пока, ты слишком глупа и наивна, чтобы оцен

омнить мне о везении? Почему они «осчастливили» именно

орить, находиться с ним рядом и изображать на публике идиллию. Я уже заносила руку, чтобы расца

ю руку и прошептал Стасу, - сейчас не лучшее время будоражить победительницу. Лучше не появляетесь в ее поле зрения, иначе в другой раз я могу

сь, прошу вас! Вы можете себе навредить

те? Оставьте в покое, уже ведь, получили вс

Вы не в том состоянии. На будущее, мой вам искрен

несете? Какое может

бе сейчас представить. Я Борис Се

ьник! – я сказала

воспринимать все так болезненно. Д

чь меня любым способом. До конца вечера, Борис, не оставлял меня одну. Я с фальшивой ул

щенцев стало моим домом. Я училась выживать, понимать их прихоти, и

-зеленых тонах, вся необходимая техника, кожаная мебель. На столе оставил увесистую пачку купюр, и на проща

и фибрами души ненавидящей секс. Мне были омерзительны мужчины, их плоть и их вкус. После каждого контакта, я долго просижив

ящему утратила невинность и испытала удовольствие от близости. Он научил любить секс, понимать мужч