Фригидная для оборотня многоженца

ак ураган. Игнорируя праздничный стол

– шепчу р

лость. Никогда прежде любимые

ет торжественно. Словно выиграл

дачная? К празднику? – улыба

т меня. Кривится, к

ый день. Даже отгул по этому случаю на работе взяла. Все было хорошо. Никаких ссор. Обид.

значение этого слова понимаешь? Милому отсасывают охотно. Ублажают в постели. А ты стряпней мне только с

чудовищных слов! – уши скручива

игентным, воспитанным мужчиной. Слова кривого не

превращаются в нить. Смотрит на меня, как на ничтожество. – Ё мое, даже больше!

ь происходящего. Не узнаю мужчину, с которым три года была счастлива. Подмена.

но отрицание происходящего помогает на время сохранить самооблад

ает горячим дыханием, в нос ударяет запах табак и виски. – Никогда, ты меня с

ное обращение теперь колет язы

нуться на день назад. В ту реальность, где у меня был любимый муж. Гд

слота разъедают щеки. – Впервые тебе сопли не подтираю? Да, я опьянен свободой! С

ескую боль можно стерпеть. Она проходит. А вот боль душевна

дания. – Откуда эти перемены? Если тебе так плохо было со мной, почему не

ость, - глаза, в которых раньше была нежно

был любимый муж. А теперь злобный, полный нена

орачиваюсь. Еще один

жа. Профессионально. Четко. Мастерски попадает в самые болезненные точки. – А что имеем? – смотри на меня, резко дергает за р

- сглатываю горький ком. – Пусть и не в полной мере. Но мы муж и же

т у меня чувствительности. Но я люблю поцелуи. Ласки. Прикосновения. Все это доставляет иное удовольствие. Душевное. Я прилагала усилия, чтоб

роблемой. Моя неполноценность – это извечные страдания. Моя тайная мечта – хоть раз в полной мере познать, что такое се

л, чтобы я по щелчку пальцев заводилась. Иногда мне казалось, лучше бы я притворялась,

ал, ты решила из меня импотента сделать. Признавайся! – удар кулака по столу. – Мечтала, чтобы мой прибор отсох? Ч

их удар. Как же он меня ненавидит! Как же умело

юсь на стул. Закрываю лицо руками. Столько хочу

Ни кайфа. Член холодом обдает. Ты желание убиваешь. На корню все режешь. С тобой секс – пытка. Толку что сись

. Не вижу, где подпись ставить. Джек услужливо по

ово

счастливая улыбка. Глаза светятся. Весь

знь со мной была сплошной каторгой? – внутри все скручивается в тугой болезненный узел. По мне словно р

заслуживала ты, член мой чуть в сморщенный стручок не превратила, – берет со стола блюдо с мясной подливо

сижу без движения. Слишком много боли. Неожиданно. Сильно. Глубоко.

орю на автомате. Сути

етьей женой оборотня! – изрекает торжественно. Контро

купили? – мне же

тебя отдал. Но если есть шанс подзаработать, почему бы и нет! – он рассуждает

посвятила три год

й. Твое право, – смотрю на него, широко распахнув глаза. - Но

гую реальность? Где

– Но оказалось, для других целей ты понадобилась. Для телесных утех там две жены имеются. А на кой ему ты, бревно, сдалась, понятия не имею. Но чувак щедрый. Отвалил за тебя прилично. Могу теперь уволит

меня дрожь. Пробуждает воспоминания, котор

фригидной, мучился, как я, – Джек посмотрел на меня и скривился. Искреннее пренебрежение на лице. Вот оно, его истинное лицо. - А тут,

а научились мирно существовать. Волки очень быстро стали неотъемлемой частью общес

на то у меня были подтверждения. Ужас, который никогда мне не забыть. Но долгие годы оборотни никак меня не касались. Опасно

жалась к стене. Ледяная волна страха пробежала по позво

ы от страха несколько лет наз

утешал меня. Нежно целовал. Прижим

Шок. Паралич. Предательские слезы ль

бимых губ. Как предвестник неминуемой беды. – Т