ом буду в шоке от самой себя, а сейчас не хочу думать об этом и не могу... Изнываю под ним от жажды большего, шире раздвигаю ноги ему на встречу, я чуть ли не прошу захлебываясь

змом, беззвучно раскрываю рот в крике,

успокаивае

ься, удерживает крепко. И тут я понимаю... Причину и падение, несётся моя душа камнем вниз и о землю с предсмертным криком... Глухой стон. Чужой, он чужой, я с ним, и поздно... Слеза скатывается по щеке за ухо теряясь в волосах. Кто он, тот что нависает надо мной смотря в глаза? На лице каменная маска, губы плотно сжаты, настойчивыми движениями заполняет настоль

тыми глазами вижу всполохи неоново розового и бирюзового сплетённого в одно целое, тонкие прожилки сцепляются друг с другом намертво. Дыхание перехватывает от стремительности происходящего за пределами разума. Отпускает руки, обхватываю за затылок, притягивая ближе целую сама, кусая жаждущие меня губы. Хочу быстрее, больше, хочу его всего, оставляю на совершенном теле следы ногтей. Он тут же исполняет каждое пожелание, в благодарность со стоном впиваюсь зубами в шею вм

кая губы долго и вкусно, пока моё дыхание не становится спокойнее. Поднимает на руки и несёт в неизвестном направлении, глаза не открываю, голова все ещё кружится, открываю, темнота, щелчок кнопкой. Зажмуриваюсь, не только от яркого света, вот он, момент ис

я, уже позд

валась, даже с Заруцким... До головокружения, до катастрофической нехватки воздуха. Господи, о чём я сейчас думаю? Каждое упоминание Заруцкого в моей голове, отдаёт уколом в сердце. От поглаживающих гладящих мой затылок, по спине бегут мурашки, заставляя поджать пальцы на ногах. С

тихим, пробирающим до

улыбается, показав милые ямочки на щеках. Запрещае

ива. Одной рукой он перебирает мои волосы, другой еле касаясь ласкает грудь, обводит пальцами по кругу сосок, накрывает ладонью полностью слегка сжав и снова. Лежим в молчании давн

чуть и придётся вернуться в реальность, с ним будто время замерло. Есть только мы. Одни в целом мире и на всех всё равно. Он мой, родной и близкий... Я его полностью, нужная, желанная... Пугаюсь собственных мыслей и тут же их отбрасываю. Даже и не помню, когда ещё в м

опасть и на работу

бо, возвращая нас к той самой жестокой реальности

жно вызва

резает дальней

ицаем, ни единой эмоции. Слишком серьёзен. Целует в

доумении, не знаю как поступить. Он уже полностью одетый, видит замешательство, застёгивает уцелевшие пуговицы, сверху помогает надеть кожаную куртку и застёгивает её. То же решение. Ведёт вниз по с

за несколько часов. Впервые в жизни я чувствовала, что мне не надо быть правильной, какой-то как надо, мне не надо догадываться о чём думают другие. Он кажется единственным настоящим, я чувствую его эмоции, чувствую его как себя. Я чувствую е

родных желаний. Он подаёт руку помогая слезть, сжимая пальцы сильнее, чем это необходимо. Он делает так каждый раз, когда касается моих пальцев, а я кажды

т Сонька, глаза

сошла! - останавливается передо мн

естру, ощущение словно сканирует. Ревностно в

о себе, улыбается, убивая Соньк

ответ, внутри разливается тепло,

удаляющемуся мотоциклу, в её глазах очарование его улыбки. Я, как и моя младшая сестра, пял

ть стало тяжелее, сам воздух будто стал гуще, легкие скрутило. В солнечном сплетение свернулся комок болезненно пульсируя. Перекидываю ремешок