«Альфа... Луна не протянет долго...» – дрожащий голос стайного доктора донёсся до Тимура Алексеева, Альфы стаи «Тёмный Коготь», через светящийся камень связи, неся в себе последнюю отчаянную мольбу.
Используя последние крохи сил, оставшиеся в моём сломленном теле, я не отрывала глаз от тусклого, мерцающего свечения камня.
Я ждала свою истинную пару. Мужчину, который когда-то поклялся, что будет защищать меня до конца жизни. Я ждала, что он придёт и спасёт меня.
Но голос, эхом донёсшийся через камень связи, был пронизан лишь ледяным равнодушием: «Перестаньте меня беспокоить. Эта женщина и её ребёнок для меня ничего не значат».
После его слов Софья Островская, любовница Тимура, издала сладкий, кокетливый смешок, сочившийся самодовольным наслаждением.
«Тимур, – лениво промурлыкала она, – не позволяй этой умирающей суке испортить нам вечер. Мы только начали веселиться».
В тот момент, когда эти слова дошли до меня, агония, разрывающая мою грудь, стала гораздо более жестокой, чем боль, разрывающая моё тело.
Я, Виолетта Сорокина, была единственной наследницей стаи «Серебряный Туман» – некогда непревзойдённой стаи, стоявшей на самой вершине.
Много лет назад моя семья доблестно погибла на поле боя, защищая нашу территорию от массированного нападения изгоев.
После той битвы стая неуклонно приходила в упадок, но оставила после себя огромное состояние.
В самые тёмные, самые невыносимые годы моей жизни Тимур вошёл в мою жизнь и предложил тепло, когда я больше всего в нём нуждалась.
Тогда я искренне верила, что он был истинной парой, которую судьба выбрала для меня.
Благодаря этой уверенности я никогда не сомневалась, когда речь заходила о тратах. Я вложила бесчисленные ресурсы в укрепление стаи «Тёмный Коготь».
Тогда, на церемонии скрепления нашей связи, Тимур держал меня за руки и клялся, что будет любить до последнего своего вздоха.
Даже сейчас его глубокий голос и непоколебимая клятва всё ещё болезненно отзывались в моей памяти.
Однако в какой-то момент он стал другим.
Мало-помалу его внимание переключилось на студентку Гамму, которую он лично спонсировал. Он утверждал, что живой дух и беззаботная улыбка Софьи были всем, чего он когда-либо хотел от истинной пары.
А что касается меня? Тимур признался, что наша связь никогда не имела ничего общего с любовью. С самого начала он хотел только богатства стаи «Серебряный Туман» и бесконечных ресурсов, которые я могла предоставить его стае.
Даже когда я лежала в больнице, проходя через невыносимые муки родов, он всё равно отказался прийти и увидеть меня в последний раз.
Оглушительные волны боли сотрясали тело, заставляя меня сжимать край простыни до побеления костяшек.
Дикая ярость пронзила меня, достаточно сильная, чтобы поглотить всё остальное.
Больше всего на свете я хотела ещё одного шанса. Я хотела, чтобы Лунная Богиня была настоящей. Я хотела, чтобы она услышала меня.
«Моя дорогая, если бы судьба позволила тебе начать всё сначала, что бы ты выбрала?» – из ниоткуда в моём сознании внезапно раздался странный, неземной голос.
Действительно ли Лунная Богиня отвечала на мою мольбу?
Прежде чем я успела обдумать эту мысль, меня накрыло ослепительное море белого света, поглотившее всё целиком.
С сильным вздохом я резко села в постели, раз за разом хватая ртом воздух. Каждый вдох обжигал лёгкие, и сердце так сильно колотилось о рёбра, что казалось, вот-вот вырвется из груди.
Но в воздухе не было металлического запаха крови, не было сокрушительного отчаяния родильного зала, давящего на меня со всех сторон, как гроб.
Вместо этого в комнате витал чистый запах кедра и дорогого одеколона, насыщенный и знакомый.
Неконтролируемо дрожа, я подняла руку и коснулась кончиками пальцев своей тёплой, гладкой кожи.
Моя голова резко повернулась к стене, и висящий там календарь мгновенно перехватил моё дыхание – четыреста второй год Эпохи Новой Луны.
Это был год, когда мне исполнилось двадцать два, всего через месяц после того, как я стала истинной парой Тимура.
Тогда нам по-прежнему завидовали. В глазах всех мы утопали в сладкой дымке идеального медового месяца.
Неверие волнами пронзило меня. Лунная Богиня действительно ответила на моё отчаянное желание и отправила меня на пять лет назад.
«Луна, вы наконец-то проснулись?» – дверь спальни со скрипом открылась, и Лилия Черных, молодая служанка Омега, вошла внутрь, неся простое белое платье, аккуратно накинутое на руки.
«Вечеринка Полумесяца вот-вот начнётся, – тихо сообщила она. – Вам следует одеться. Альфа уже ждёт вас внизу».
Я молча уставилась на белое платье.
В одно мгновение воспоминания из предыдущей жизни обрушились на меня, как бурная волна.
В ту ночь Тимур неохотно привёл меня на аукцион, делая не более чем поддерживая иллюзию любящей истинной пары для публики.
Пытаясь угодить его так называемому изысканному вкусу, я по-дурацки скопировала стиль Софьи и надела это простое белое платье.
То, что произошло потом, превратило меня в полное посмешище. Софья пришла на аукцион в точно таком же платье, вися на руке Тимура с самодовольной ухмылкой, пока он гордо сопровождал её по переполненному залу. Тем временем я, наследница некогда славной стаи «Серебряный Туман», выглядела как жалкая сука, слишком сильно пытающаяся подражать его любовнице.
Наклонившись ближе, Лилия осторожно понизила голос: «Я слышала, Альфе очень нравится такой сдержанный, стильный образ. Если вы наденете его, возможно, он обратит на вас немного больше внимания».
Больше внимания?
Горький смех вырвался из меня, когда отвращение яростно скрутило мой желудок, настолько сильное, что меня чуть не вырвало.
«Избавься от него», – мой голос прозвучал грубо и тихо, но ледяной приказ в нём не оставил места для неповиновения.
Лилия замерла в шоке, крепче прижимая белое платье к груди: «Но... ведь оно сшито строго по вашим пожеланиям...»
«Ты оглохла? Я сказала, избавься от него», – не взглянув на платье, я поднялась на ноги.
Мои босые ноги утонули в плюшевом ковре, когда я пересекла комнату и остановилась перед массивным гардеробом. Ряды элегантных платьев заполоняли пространство, и каждое из них было выбрано в соответствии с предпочтениями Тимура.
Резким движением я открыла скрытый отсек, глубоко спрятанный за ними. Внутри лежало малиновое платье, настолько яркое, что оно выглядело как живое пламя, его насыщенный цвет был тёмным и поразительным, как свежепролитая кровь.
Это было церемониальное платье стаи «Серебряный Туман» – священный символ силы, гордости и неприкосновенной власти.
«Это то, что я надену», – заявила я, мой голос звучал резко и твёрдо.
/0/24823/coverbig.jpg?v=20260708095035)
Посмотреть больше комментариев в приложении
