Безжалостный адвокат и его гениальная тайная жена

Я летела по коридору нашей компании с подписанным контрактом — крупнейшим за все семь лет, что мы с моим женихом Сергеем строили этот бизнес с нуля. Дверь в его кабинет была приоткрыта, и я хотела устроить сюрприз, но замерла, услышав его расслабленный голос. «Анита всегда была для меня особенной… как луна на небе. А Катя? Помолвка с ней — это скорее мой долг за все эти годы». Папка выскользнула из моих ослабевших рук, и документы с шелестом разлетелись по мраморному полу. Увидев меня, Сергей недовольно нахмурился и в первую очередь спросил, что с важными бумагами, даже не взглянув на мое мертвенно-бледное лицо. А когда я ледяным тоном произнесла, что всё слышала, на его лице промелькнуло нескрываемое облегчение, словно он наконец-то сбросил тяжелый груз. На следующий же день он привел эту Аниту в наш офис, отдав ей мой ключевой проект, а корпоративный чат взорвался восторгами об их «идеальной паре». Меня, директора по продажам, которая вытянула эту компанию на своих плечах, просто стерли из памяти, словно меня никогда и не существовало. Семь лет преданности, бессонных ночей и вырванных зубами клиентов оказались для него лишь утомительной «обязанностью». Я смотрела на их счастливые фотографии из нашего офиса и не могла поверить, что человек, с которым мы делили жизнь со студенческой скамьи, мог так хладнокровно растоптать меня ради своей внезапной музы. Но слез не было, внутри осталась лишь выжженная пустота и звенящая ясность. Я молча заблокировала его номер, швырнула на стол заявление об увольнении и навсегда покинула это здание. Через пару часов я уже сидела в панорамном кабинете корпорации-конкурента, подписывая контракт на должность их нового генерального директора. Я обвела маркером название компании Сергея в тендерном списке и холодно усмехнулась — настоящая игра только начинается.

Вера, любовница моего избранника, сказала, что Лунная Сила щенков Белого Волка чиста, и что лунные камни, омытые кровью из их сердец, могут предотвратить выкидыш. И вот Роман, мой избранник и альфа стаи Чёрного Камня, отдал приказ. Меня, Лару, луну стаи и Белую Волчицу из клана Лунорождённых – белых волков, что служили лунной богине, – на девятом месяце беременности, ожидавшую двойню, воины привязали к операционному столу и вырезали моих близнецов из живота. Агония захлестнула меня. Затем я, рыдая, упала на колени и стала умолять его. «Малыши недоношенные и слабые. Если ты возьмёшь кровь из их сердец, они умрут. Я – чистейшая Белая Волчица из клана Лунорождённых. Возьми моё сердце. Пожалуйста, только не трогай малышей...» Но Роман лишь безразлично бросил: «Это всего лишь несколько капель крови. Это их не убьёт. Считай это наказанием за твою ревность к Вере». Я посмотрела на его холодное лицо. Моя волчица, Сара, отчаянно заскулила. В ту ночь, прежде чем мои дети успели открыть глаза, жизнь покинула их через маленькие ранки на груди. Я взяла окровавленные тельца своих детей и пошла к Алексею, старейшине стаи Чёрного Камня. «Когда-то ты спас меня, и я отплатила стае Чёрного Камня своей Лунной Силой. Теперь моих детей нет. Мне пора уходить».

За два года брака с Хулио Шэрон, ощущая себя не более чем его домработницей, постепенно растеряла всю свою любовь к нему. Когда из-за границы вернулась женщина, которой он всегда дорожил, – Лилиан, та, кого он идеализировал, – Шэрон окончательно решила уйти от него навсегда. С этого момента их больше ничего не связывало. В ожидании документов о разводе и одобрения её заявки на вступление в организацию «Врачи без границ» Шэрон никак не ожидала, что Хулио станет раз за разом унижать и причинять ей боль – и всё это ради Лилиан. В этот раз она окончательно потеряла на него всякую надежду. И всё же именно тогда Хулио начал глубоко сожалеть обо всём содеянном.

Иветта Хоторн забрела на территорию оборотней, куда людям вход был строго запрещён. Когда она проснулась на следующее утро, врач сообщил ей, что она уже на первом месяце беременности. Иветта поспешила домой. В тот момент, когда она открыла входную дверь, её отец, граф Брентон Хоторн, холодно объявил, что семья Трэвон требует «чистую женщину», имея в виду её. Иветта застыла на месте. Семья Трэвон была аристократической, а её глава, Кэлвин Трэвон, по слухам, был безжалостным и кровожадным Королём оборотней. «Почему я?» – дрожащим голосом спросила Иветта. Брентон даже не взглянул на неё. «Потому что ты самая бесполезная в этой семье». Накануне свадьбы сводная сестра Иветты, Лена Хоторн, узнала о тайной беременности Иветты и схватила её за горло. Когда Иветта уже думала, что вот-вот умрёт, дверь распахнулась. Кто-то сказал: «Сэр Кэлвин Трэвон! Что привело вас сюда, милорд?» В комнате мгновенно воцарилась тишина. Иветта с трудом подняла голову и увидела золотые глаза Кэлвина, устремлённые на неё из-под тёмно-серебряной маски. Он подошёл ближе и, не пытаясь спасти её, уставился прямо на её живот и холодно спросил: «Чей это ребёнок?»

В самый тяжёлый для неё год Изабелла Салливан работала на трёх работах и даже продавала свою кровь – всё для того, чтобы оплатить лечение ног Дэниела Лоусона. В той убогой съёмной комнате Дэниел крепко держал её за руку и обещал, что никогда её не предаст. Однако, как только он встал на ноги, он превратился в самого богатого человека в Нортхейвене. И на его пышной свадьбе невестой оказалась другая. Изабелла улыбалась, пока в глазах не запекло. Она не плакала. И не стала устраивать сцену. Он женился на другой, а ей как раз позвонили её богатые родители. «Изабелла, наш семейный конфликт будет улажен через семь дней». «Готовься». «Тогда мы заберём тебя домой».

В астрономии существовало одно романтическое правило. Первый открытый учёным астероид полагалось назвать в честь самого любимого им человека. На седьмой год моей полной лишений жизни рядом с Эдрианом Фостером он наконец открыл новую звезду. В день пресс-конференции я, Клара Рид, надела своё лучшее платье и ждала, когда он произнесёт моё имя со сцены. Когда я пошла в комнату отдыха, чтобы принести ему воды, я случайно услышала, как его коллега вполголоса пытался его отговорить. «Эдриан, Клара была с тобой семь лет. Если ты отдашь право назвать звезду Лили, представляешь, каким это будет ударом для Клары? Это совсем нечестно по отношению к Кларе». Эдриан вертел в руках зажигалку, тон его был абсолютно бесстрастным. «Клара слишком пресная. Назвать звезду в её честь было бы безвкусно. Лили – скрипачка. Её имя куда больше соответствует романтике этой звезды. К тому же, Кларе скоро тридцать. Она уже не так хороша собой, как раньше. Кому она нужна, кроме меня? Ей – замужество, Лили – романтика. Чем ей ещё быть недовольной?» По коридору пронёсся сквозняк, пробирая до самых костей. В горле жгло, и каждый вдох отдавался слабым привкусом металла. Я посмотрела на стакан с тёплой водой в своей руке. Я не стала открывать дверь и повернула обратно в зал. Я направилась прямиком к стойке регистрации и подала документ. «Пожалуйста, исключите меня из списка соавторов». Мне больше не нужна была эта звезда. Как и Эдриан.