о тогда вел отец. И лишь позднее, уже после Великой Отечественной Войны, он узнал, что мама тогда умерла от болезни, а отец, призв

я клубы пепельной пыли, копыта лошадей, подошвы солдатских сапог так, будто уже тогда все заволакивали пожарища, оставленные фашистскими бомбежками. Свинцовая порошина не просто клубилась, она поднималась вверх, застилала глаза, покачивалась потоками в воздухе и оседала на потны

шим лбом, однотипным носом с небольшим бугорком посередине и обращающими на себя ярко-синими глазами. Но тогда и светлая кожа Андрея Митрофановича, и узкие скулы с легкой щетиной, и полные губы испещрили

небольшом хуторе, в надежде, что о нем смогут позаботиться, а сам присоединился к действующей армии. За Мишей никто не пришел и после битвы в Сталинграде, после отступления не

широкого, как степная русская песня, Дона, для мальчика стал особенно памятен глава семьи, старый дед Кузьма. Убеленный сединами и такой же густой, кудревато-пепельной бородой и усами, словно прикрывающей нижнюю часть лица, а потому и оставившей для наблюдения лишь длинный, мясистый нос с большими ноздрями, да крупные, чуть раскосые глаза, чь

тый басок, звучал приглушенно и неназойливо, а из самих долгих, как и сама жизнь деда, сказов являлись перед глазами ребятни образы воинственных казаков на протяжении веков сберега

с красными лампасами, все выдавало в нем следования традициям, на которые не повлияли годы Советской власти. Вместе с тем дед оставался русским человеком, и, приняв в свой срок власть Советов, и во время войны стоический сопереживал каждому стону Земли русской. Неп

алеко в казачьей фуражке с красным околышем Андрей Турский, с болью в сердце, дум

. Яркой вехой хранила память мальчика один случай, когда дед Кузьма вступился за него, пред тем выдранного ремнем за баловство невесткой Натальей. Он тогда за столом, при всех и очень больно огрел ее деревянной ложкой

дыхнул дед, - а энто, шоб ты досель как в

ровно паутинками, ложку и слышимо причмокнув ее облизал. Он вызывал в мальчике такое уважение, не тол

ргеевна, новая супруга и мать. Затем были годы учебы в школе, взросления, помощи родителям, и три сестрички

-голубое небо нависало над посеревшей землей, а свинцовая порошина, то ли пыли из-под шин машин и гусениц танков, копыт лошаде