сь в запястья: «Я – старшая дочь Костиных!

дочь? Теперь ты – преступница. Доказательства железные. Даже

рнула голову к

х, с перевязанным лбом, но в глаз

Хватит врать о своём статусе – это лишь усугубит твоё пол

Алины, Еву грубо затолк

только нач

мную камеру, где уже ж

о пожаловать в тюрьму, Ева. Лука личн

е дни ст

зной тюремной параше,

бными щётками

доводя до голо

вали к столбу

засыпали, тайный сигнал SOS с

омнил о ней, Ева была

. Яркие глаза потухли, став пустыми

в углу, бесс

ратель осторож

в: «Не бейте! Простите...

е: «Она уже несколько дней в таком сос

оце

мая гордая, ос

в стену с диким воплем: «Не трогайте меня

в воздухе: «Ева... Я

а безумно

не вы

– она была пугающе лёгко

пробормотал он. –

льно обмякнув, но губы всё шептали

солнце ре

, уткнувшись ли

и впервые почувствова

обы гордая Ева стала

её сломленной,

ё в больничную кров

ремив взгляд в потолок и неосоз

и затем тихим и нежным голосом сказал: «Ева,

посмотреть, какая часть её тела пострадала

звонок о

задумался, пре

заныл. – Я уже долго жду тебя. Ты

движения, с пустым взором. Казалось

у», – наконе

и бросил последний

дсёстрам указание: «Позаб

ся под утро

едва сдержала смех: «Дорогой

вздрогнула, забилась в угол

ме, мы с Лукой трахались без остановки. В

ощённое тело неудержимо дрожало, а глаза были полны стра

ла эти слова хриплым голосом, и её пальцы крепко

сказала она. – Помнишь, как ты гордо стояла рядом с Лукой? Ты никогда его не за

Еву, Лука нахмурился и потянулся, чтоб