Катарины

жемчужиной светского сезона Москвы; это была глади

кровь проливалась в смо

кое уведомление, что он за мной заедет.

ьный зал под

н лучше всех понимал, как это выглядит. Сов

арина, - пробормотал Марк, его гла

азала я, мой г

красное. Платье, облегавшее мои изгибы,

м столом, лучшим местом, зарез

ись двойные двери. Вошёл Алекс

но. Играла в невинность

у зрителей на теннисном матче. Неуважение было таким громким, что оглушало.

н нахмурился. Ему не нравилось, что я с Марком. Ему не нрави

ульптуры. Винтажные вина, ст

онист вынес

х голубых бриллиантов, которое когда

это был символ матриарха Вол

пились в его рукав. Она прошептала что-то ему

жение было снисходительным

лионов, -

Он покупал семейную

моим щекам, горя под макияжем. Это

абличку, моё дви

лионов, - ск

смотреть на меня. Его челюсть

тьдесят, -

- ответила я без м

, воюющие за семейное наслед

, - сказал Александр,

мор

сот ми

аждый рубль на нашем совместном счёте, ли

личку на шест

ахмурился, замешательство исказило его в

в микрофон, его голос эхом разнёсся в наступивш

бовала я, мой гол

похоже, на вашем сч

тная, сокрушит

ела на Ал

од столом. Он забло

, высокомерным выражением. «Знай

лица. Дело было не в деньгах. Дело было в по

резко

й счёт, - сказал

рел на свой экран, выгл

ст Волковых заблокировал все неавто

ксандр, использу

а в л

лотком, звук был похож на выстрел

ошёл к сцене, взял ожер

ллианты сверкали на её коже, насмехаясь

енты. Вежливые, испу

на была прямой. Мой п

ала. Я не

нуть меня. Я позволила ему в

унижение -

н думал, что победил. Он дума

ко что вручил мне оружие, не