а Во

оей души. - Он был твоим сыном, Дмитрий. Почему ты пытаешься сте

его лицо было холодной

еред, Алина. То, на что

таясь спасти хоть что-то. Жар был мучительным, но боль в моем сердце была бесконечно хуже. Я вытащила расплавленный пластик игрушечного грузовика,

Дмитрий шагнул вперед, схвати

как дикий, загна

Это все, что у

пены вырвалось наружу, потушив пламя и покрыв драгоценные, испорченные реликвии химически

сторону. Его голос был опасно спокоен. - Урок того, как нужно

лось ли что-нибудь от того мужчины, за которого я вышла замуж? Какая-нибудь любовь, какая-нибудь общая исто

собирая обожженные, сломанные кусочки жизни Лёвы. Я занесла их внутрь, нежно вымыл

огонь мести. Дмитрий хотел, чтобы я отпустила. Хорошо. Я отпущу. Я отпущу его,

ике Дмитрия. Венчурный капиталист, умный, принципиальный, который однажды пытался нанять меня, сказав, что мо

чрезвычайных ситуаций. Я отправила ему одно зашифрованное сообщение: «Мне нуж

ставлю тебя заплатить за это. Я заставлю тебя страдать так же, как страдала я. Я отниму у тебя все, и не почув

на моих руках. Он работал молча, нанося мазь и бинты. Дм

азал он, как только врач ушел. - Ей хочется тв

вои забинтованные

сын умер мень

что мы должны морить себя голодом, чтоб

с был тихим, но твердым. - Воздержания от... излишеств. От жирн

гнориро

я чушь. Она беременн

за его спиной, обра

сто съесть суп. Я бы не хотела беспокоить Алину, особенно когда ей так больно. - Е

- Она носит моего ребенка, Алина. Меньшее, что ты можешь сделать, - это п

оей груди

Не

оздухе, маленькое

итрия п

ты с

у готовить для твоей любов

щелочек. Он шагнул ко мне, е

аешь мое тер

мое, - возразил

назревала буря. Затем он повернулся к двум т

рите. Пусть сидит там, пока не

олная экзотических цветущих растений со всего мира. Дмитрий построил ее для Лёвы, который любил цвета и свет. Но дл

стная уязвимость. И он собирал

Прекрасное убежище, которое он построил для нашего сына, теперь ст