Молниеносный брак с отцом моей лучшей подруги

зы Золотухиной-Строгановой в

- идеальное отражение того, что творилось у нее в груди: все сжалос

счастливым,

к она стала жалкой подопечной семьи Хованских. Они были не просто ее опекунами, а жесткими попечителями поместья Соломонов - огромного состоя

-то между подачей закусок и тем моментом, когда Антон Хов

осто счастливым. Он

. Его рука покоилась на пояснице Катерины, пальцы собственнически растопырились на белой ткани е

желую оркестровую музыку и зас

терина смеялась, когда издевала

отал официант, толкнув Эльз

край бокала, пропитав лиф ее с

«благотворительный проект» и, презрительно скривив губы, пош

Ей нужно было не быть здесь, не смотреть, как парень, державший ключи от ее позолоченной клетки, объявляет о помолвке

опустив голову, п

ната в поместье Хованских, где Эльза когда-либо чувствовала себя в безопасности. Она закрыла

повернулась

Ждала, что он войдет и скажет ей прекратить устраивать сцены

ая дверной проем, пр

ал тусклый свет комнаты. Он был выше Антона, шире в плечах, и от него исходило т

а Стр

ор «Строганов Индастриз», самый влиятельный человек в городе, не

и ее лицо. Он заметил пятно от шампанского на ее платье, красные пятна на

, что делала его похожим на статую, высеченную из

закрыл дверь, отсе

тал носовой платок. Белый шелк, сложенный в

авилась н

я в п

Его голос был низким рокотом, вибр

брала шелк. Между ними проскочил резкий и неожиданный разряд с

тым, как дождь на асфальте. Он п

дерево двери донесся голос

екрасную невес

зическому удару под колен

упала

о габаритов. В одно мгновение он стоял в метре от нее, а

без усилий удержал ее, его рука была

плывались, но она видела напряженность в его глазах. Он смотрел на

отсюда, - п

мольба, рожденная разбитым сердцем и внезапным, всепоглощающим инстинктом, подск

атившись в почти черные. Он посмотрел на нее свер

л он. Его голос был низким, с хрипотцой. - Если ты выйдеш

уже лились ручьем, оставляя гор

Просто забер

луги, скрытому за гобеленом. Он прикрыл ее своим телом от камер

холостом ходу стоял элегантный матово-черный «

кожей и уединением. Он захлопнул дверь, и наступила абсо

ли стоял хрустальный графин. Не раздумывая, она

о самого пустого жел

на нее. Он так сильно сжал руль,

ос слегка заплетался, так как алкоголь

, - сказ

зы кружилась голова, она чувствовала себя потерянной. Алкоголь смеш

. Он был отцом Азалии. Он был из

ова сами срывались с губ. - Мне нужна с

кало заднего вида. Выражение

ка в лифте была смазанным пятном из-за укачивания.

ее. Его руки на ее плечах казались

ом свете фойе он не выглядел с

а мне, - в

тишина была

ти замуж за кого-то другого... это была лазейка в завещании ее отца. Это был ее единственный путь к спасению. Это был инстинкт вы

ризовался, заряженный напряжением, от кот

. Он не сказал е

Он набрал код, и звуковые сигналы громко раздались в тих

ложил бумагу на мрамор

л тихим, но в нем звучала тяжесть суде

ься на бумаге. Слова расплывались. О

он знал, что она ушла. Она хотела сжечь мост так осн

ись была неряшливой, рваной

- прошеп

льцев и со стуком упала на

ак Данила снова подхватил ее, поднимая на