После предательства она отвоевала свою империю

о не смывал. Он лишь дел

же серой слякоти. Вода просочилась сквозь дешёвую кожу туфли, промочив нос

сделан на заказ. «Красный бархат». Любимый торт Юлиана. По крайней мере

ого клуба для избранных на Патриарших прудах. Здание походило на кр

рушение обмена веществ превратило её тело в тюрьму из рыхлой плоти и задержки воды. Её лицо, и без того некрасивое, теперь

не смотрел ей в лицо.

слегка дрожал. Так было всегда, когда она произ

Это было едва заметное движение, микроагрессия, в каталогизации которых она ста

казал швейцар ровным тоном. - Он

Слова повисли в сыром воздухе, жалкие и

приподнял

воздух облачко белого пара. Он отцепил

атом выдержанной кожи и дорогих сигар. Она пошла по тускло освещённому коридору. С её мокрого пал

ного красного дерева. Она подняла руку, чтобы постучать,

й, хриплый,

руг Юлиана по колледжу. - Только не говори, что сегодня ве

заколотилось о рёбра в бол

варивал со своими адвокатами. - Третья годовщина. Контракт предусматривает, что я должен физически присутств

Остап. - Я видел её, чувак. Она выглядит так, будт

ак к горлу подступила жел

- Она - подпись на листе бумаги. Не более. Единственная женщина в этом городе, которую я

кто-то произнёс то

ом. Её пальцы побелели, так сильно сж

ские казались ей слишком пугающими. Она думала, что, может быть, если она пока

е была женой. Она даже не была человек

збитое сердце. Разбитое сердце - это поэтично. Это был р

ули. Она осторожно поставила коро

е пос

рела на дверь. Она не плакала. Слёзы за

ния были роботизированными

наблюдал за ней с ухмылкой на губах. Он

моргнув. Она толкнула тяжёлые

стала ловить такси. Она пошла пешком. Шла, пока её ноги не онеме

лефон. Пальцы дрожали, но

брала

ьи Стерлинг, - отв

На этот раз её голос не дрожа

удивлённо, но не совсем шокированно. - Мистер Золотов подготовил

ку, прежде чем он

лью и пустотой. Юлиан редко здесь ночевал. У него была отде

и - свежие и нетронутые. Она подошла к настенному сейфу. Ввел

оторое он подарил ей в день свадьбы. Он назвал его «реквиз

его. Положил

льцы опухли от лекарств, которые она тайно принимала и которые не помогали. Она дёрн

а кольцо ря

потрёпанный чемодан. Тот, который она пр

Поношенные джинсы. Она оставила шёлк, кашемир, дизайнерские в

летному зеркалу.

и глазами. Шрам, идущий по левой

шептала она своему о

«Шанель 5», подарок от матери Юл

ЕС

лись во все стороны, посыпавшись на мраморную столешницу. Паутина трещи

ро

бумаги. Напис

д - твой. Моя

ключ от дом

и года брака, и у неё не осталось ничего,

ый. Она держала его заряженным три го

, по которому не

ся оди

ой голос с брит

тный отец», - прошептала она.