ишло бе

она проспала всего на десять минут, но это всё равно чувствовалось как поражение. В комнате было

. Пол был ледяным, но она не стала искать т

сохла коричневая корка. Офелия посмотрела на неё, потом на календарь

а у окна и, не сделав и глотк

-

д. Пятна

ей краской и цепью, которую приходилось смазывать машинным маслом

зак к багажнику и поехала к трассе. Ветер дул в лицо,

кончился. Потом лес. Потом долгая

не спросил, куда ты едеш

й никогда никто не стоял. И когда до поворота на трассу, ведущу

яжелее, будто кто-то держал его за багажник. Пото

нутый почти пополам - торча

от гвоздь, и в горле поднималась злос

еры. Ни насоса.

ес, трасса, пустые поля. Колесо скребло п

ила велосипед в подвал, не заперев

-

я мор

ла глоток - горький, невкусный

ираться

тичку. Выходя из квартиры, задержалась на

я они

лопнула

-

пришло снова - липкое, тяжёлое

естнадц

у, сделала мысли вязкими, как патока. В три часа ночи она

вещей. Только

атывая из темноты мокрый асфальт и разметку. Лес стоял п

лядываясь. Считала ша

а. Три.

асса и темнота, и луна, которая пряталась за обл

она вышла к с

гой с

ьные дома и чувствовала, как внутри что-то обрывается

т, - та поверила, потому что Офелия никогда не врала. Просидел

е ча

-

вошла в

адывала кисти, проверяла сро

я рано, - с

охо

ты хорош

тку, повесила на вешалку, вкл

е мигнуло

. Жаль, что ты не с нами. Я

экран. Потом убрала тел

не п

оста

лжна о

а села на фонарный с

е са

отвер