а Во

ь беззащитную линию шеи. Его горячее, прерывистое дыхание скользнуло по моей коже, обещая грядущее насилие

нное, что-то, что прорвется сквозь туман наркотика и инстинктов, поглотивший его. Уроки отца, которые он вбивал в меня с детства, всплыли из глубин моей

ась притворя

*с* ним, а выпад *навстречу* ему. Я вскинула руки, но не для того, чтобы оттолкнуть его от гру

ась вверх, врезавшис

ние зубов и губ. Я почувствовала металлический привкус крови - его

я буду драться, плакать, умолять. Он ни при каких обстоятельствах не ожидал этого. Моя атака, столь пр

е имевший ничего общего со страхом или насилием. Это была тысяча крошечных взрывов, каскад искр, зажегший каждый нервный узел в

о древнее. Эт

о волка. Это был не рык ярости, а рев чист

ой уверенностью, эхом отозвались

Я почувствовала его шок, его полное, исполненное ужаса неверие. Как это могло быть? Как

ого у меня закружилась голова. Я не понимала, что это, но с первобытной уверенностью

ламя, а лишь плесн

же поглотил более глубокий, более собственнический инстинкт. Если я его пара, то

нить его человеческ

адению. Это было грубое, жестокое присвоение. Дикое и отчаянное, напо

попыталась отстраниться, оттолкнуть его, но это было все равно что пы

оей груди, и прошел из преддверия в главную спальню. Теперь в его движениях не было

дикий ритм, который совпадал с моим собственным. Его запах, этот пьян

невероятно мягкие меха, утопая в них. Он последовал за мной, его ог

испуганное лицо. Он опустил голову, его губы коснулись моего уха. Его голос был грубым, прер

жаждешь, я испол